Девушка быстро закончила с разделкой, нанизала мясо на тонкие бамбуковые палочки и пристроила их над огнем. После этого она собрала несколько побегов бамбука, очистила их и также поставила жариться. Осенние побеги, конечно, уступали по вкусу весенним и зимним, тем более, жаренные на костре без приправ, они обещали быть довольно пресными – но это лучше, чем ничего. У самой Мэй Линь тоже не было аппетита, но живот урчал так, что она перехватила на ходу пару жареных отростков.
А вот аппетитный, подрумянившийся кролик остался нетронутым – и его прибрал к рукам неизвестно откуда появившийся Мертвяк. Он был с головы до ног мокрым – видимо, спустился по течению и с удовольствием выкупался. Хотя длинные волосы и борода все еще свисали клоками, он стал куда опрятнее прежнего, кожа побелела, и зловоние значительно поумерилось. Вдобавок он принес с собой целую пригоршню лесных ягод.
Мэй Линь даже не думала церемониться: взяла ягоды, начала есть и не забыла угостить Мужун Цзинхэ, совершенно не обращая внимания на его недовольную мину.
– Чего не ушел? – спросила она Мертвяка.
Тот много лет не ел горячего, поэтому, даже не боясь обжечься, жадно грыз кролика целиком, пока жир стекал по только что отмытой бороде. Услышав вопрос, он промычал что-то невнятное, сглотнул и с недоумением переспросил:
– А… куда?
– Ну… куда захочешь, – удивленно ответила Мэй Линь. Она помнила, что Мертвяк говорил о семье, родителях, жене… Разве не хочет он броситься домой после восьми лет разлуки?
Мертвяк замер и как будто сник, в глазах появилось замешательство.
– А разве вы… не взяли меня в плен? – растерянно пробормотал он.
Тут опешили уже Мэй Линь и Мужун Цзинхэ. Кто бы мог подумать, что на свете еще остались такие простофили?
Не дав Мэй Линь ответить, принц с усмешкой сказал:
– А ведь мы собираемся вернуться в каменный лес. Ты с нами?
Как и ожидалось, и без того белое лицо Мертвяка стало мертвенно-бледным, а руки, державшие кролика, затряслись.
– Вы… вы и правда… хотите… вернуться? – заикаясь, спросил он.
Мэй Линь ощутила, что ее сердце сжалось, но ничего не сказала. А Мужун Цзинхэ уверенно кивнул. Конечно, идти необходимо – если не ради побега с гор Чжуншань, то хотя бы ради раскрытия тайны исчезновения Цанчжун-вана.
Лицо Мертвяка отражало всю гамму чувств от ужаса до отрешенности. Все его мысли были как открытая книга. Тут Мэй Линь поняла, что ее совсем не пугает этот человек – он настолько простодушный, что даже вызывает симпатию. Она готова была вмешаться и замолвить за него словечко, но Мужун Цзинхэ бросил на нее предостерегающий взгляд. Не зная, что он задумал, она решила промолчать.
Вскоре Мертвяк сжал зубы, и лицо его преисполнилось мрачной решимости, словно он собрался на казнь. Остекленевшими глазами он посмотрел на принца и сказал:
– Я… конечно… тоже… пойду с вами…
Глаза его покраснели, а в уголках предательски заблестели слезы.
Увидев его в таком состоянии, Мэй Линь почувствовала, как к горлу подкатил ком. Ей вспомнился Аньчан. Если бы у нее был выбор, она бы лучше умерла, чем вернулась туда.
Тем не менее Мужун Цзинхэ спокойно улыбнулся: казалось, он остался доволен ответом.
Как выяснилось, он и не собирался брать Мертвяка с собой. Вместо этого принц отдал ему нефритовый амулет и приказал передать послание во дворец в Чжаоцзине. Его следовало вручить лично Цин Яню и дождаться их возвращения. Послание гласило, что принц якобы соскучился по двум красавицам из Цзинбэя, и Цин Яню надлежало привезти их в Чжаоцзин.
Поскольку принц ни словом не обмолвился ни о своем состоянии, ни об их блуждании в горах, Мэй Линь промолчала, хотя и не могла понять: он в самом деле такой развратник или просто искусно играет роль? Даже сейчас у него все мысли о женщинах…
Мужун Цзинхэ дал Мертвяку два четких указания: во-первых, не показывать амулет, если по пути встретятся солдаты, а во-вторых, не говорить никому, что видел принца, пока не предстанет перед Цин Янем.
Наевшись до отвала, Мертвяк отправился во дворец как был, в рваной одежде и с растрепанной бородой, подгоняемый не то уважением к Мужун Цзинхэ, не то страхом.
– Не боишься, что он сбежит с твоим амулетом? – поинтересовалась Мэй Линь, заготавливая все необходимое перед возвращением в каменный лабиринт.
Как только Мертвяк ушел, Мужун Цзинхэ заметно расслабился и перестал требовать, чтобы она все время была рядом.
– Да куда он денется? – лениво отозвался принц. – Где бы Мертвяк ни появился, стоит показать мой амулет – и ему конец. Единственный способ остаться в живых – добраться до Цин Яня и сидеть у него под боком, пока я не вернусь.