Что-то снова запищало.
– Сейчас вернусь. У меня разогреваются питы.
Но прежде чем кто-либо успел сказать хоть что-нибудь про питы, еду или вообще про что угодно, Джеймс Ройс-Ройс выхватил телефон.
– Я вам уже показывал фотографии Малыша Джея на трехколесном велосипеде?
Честно говоря, я не помнил. Да и что, по его мнению, мы должны были ответить?
«Вообще-то, Джеймс, мы уже столько насмотрелись на фотографии твоего гребаного младенца, что этого хватит до конца жизни. И даже после смерти. Даже если нас выкопают через сто сорок лет, чтобы освободить место под новый жилой комплекс».
Кроме того, я был почти уверен, что рассматривать фотографии чужого очаровательного ребенка сейчас меньше всего хотелось Питеру и Дженнифер. В конце прошлого года они решились еще на один цикл ЭКО, и результат оказался примерно таким же успешным, как и все предыдущие. Но когда Джеймс Ройс-Ройс вплыл в столовую и задал свой очередной гребаный вопрос, они натянули мужественные улыбки и выдали вполне убедительное:
– Ой, какой же он милый.
Хотя, поскольку следующими появились Брайан и Аманда, оказалось, что планка для «вполне убедительно» находится не так уж высоко.
– А я-то думал, – сказал Брайан, заглядывая через плечо Джеймса Ройс-Ройса, – что эта вечеринка будет зоной, свободной от детей.
– Физически, – крикнул из кухни Оливер, – но не концептуально. Если, конечно, вы не хотите, чтобы я начал наказывать за мыслепреступления.
– Я за, – сказала Аманда, с грохотом ставя на стол бутылку рома Stroh 80. – Каждый, кто упоминает детей, пьет шот.
Дженнифер посмотрела на бутылку.
– Знаете, а я, пожалуй, не откажусь.
Оливер, уже опасно близкий к тому виду напряжения, который обычно ничем хорошим не заканчивался, снова появился в дверях.
– Вы не превратите этот вечер в алкогольную игру. И вообще, в доме находится несовершеннолетняя.
– Блядь, серьезно? – Брайан выглядел почти оскорбленным.
– Мне четырнадцать! – крикнула Джас с кухни.
Брайан заметно расслабился.
– Слава яйцам. Значит, уже достаточно взрослая, чтобы мы могли говорить «блядь», верно?
– Нет, – твердо сказал Оливер.
– Да, – не менее твердо сказала Джас.
– По-моему, это ситуация из серии «технически можно, но, наверное, не стоит», – предложил я.
Это должно было стать компромиссом. Вместо этого я сумел разозлить всех троих.
Поскольку все гости, способные прийти вовремя, уже собрались, а Бридж опаздывала на привычном для Бридж уровне – или, в нашей новой реальности, на уровне Бридж-и-Тома, – Оливер начал подавать закуски.
– Прошу прощения, – сказал он. – Нам придется начать. Иначе все безнадежно испортится.
Дженнифер устроилась на одном из слегка разномастных стульев и разложила салфетку на коленях.
– Если кто и отнесется к этому спокойно, так это Бридж. Не думаю, что она ела закуски хоть раз после школы.
– В университете, – сказал я, – мы специально говорили ей время на час раньше. Проблема в том, что она это раскусила. Мы перестали так делать, а потом у всех окончательно сбилось чувство времени, и…
– Итак, – объявил Оливер, нечаянно перебивая меня, – сегодня мы начинаем с левантийского мезе.
При откровенно угрюмом содействии Джас он начал расставлять на столе миски и тарелки, наполненные плодами своего труда. И труда Джас. Моего труда там было значительно меньше.
Результат оказался… неоднозначным.
Салат был хорош. Или настолько хорош, насколько вообще может быть хорош салат, то есть вполне приличен. Но даже я видел, что хумус получился зернистым, а специи осыпались с крекеров с заатаром.
Рационально Оливер, безусловно, понимал, что не соревнуется с нашими друзьями. И уж точно не с Джеймсом Ройс-Ройсом, который, если кто вдруг забыл, однажды испек колбасную плетенку для самой королевы.
Но в званых ужинах всегда есть элемент негласного испытания.
А поскольку мы давно ничего подобного не устраивали, напряжение только возрастало.
Последний такой ужин был у Бридж, еще до рождения ребенка, и тогда она просто поставила на стол гигантскую запеканку из макарон, раздала всем миски и велела накладывать самим.
До этого мы собирались у Прии, которая, несмотря на протесты подруг, вообще отказалась готовить и настояла, чтобы мы заказали еду навынос, как выразилась она сама, – «как нормальные люди».
С другой стороны, Брайан и Аманда однажды устроили настоящий средневековый пир из трех блюд, а Питер с Дженнифер приготовили нечто очень похожее на то, что сейчас пытался сделать Оливер.