Хотя между ними была одна существенная разница.
Питер и Дженнифер оба были тайными гастрономическими фанатиками. Ни одному из них не приходилось готовить с огромным жерновом по имени Люсьен, привязанным к шее.
– Выглядит замечательно, – сказал Питер.
Именно так говорят люди, которые очень стараются быть любезными.
Когда кто-то смотрит на большой, разнообразный стол, приготовленный другим человеком, и говорит: «Выглядит замечательно», это обычно означает, что ничего конкретно хорошего ему в голову не приходит.
Джеймс Ройс-Ройс тем временем методично исследовал салат из булгура и граната.
– Не хочешь маленький профессиональный совет? – спросил он. – И, практически не дожидаясь ответа, продолжил: – Раз уж ты выбрал рецепт с таким количеством граната, неплохо было бы чем-нибудь уравновесить терпкость зерен. Например, добавить немного хорошей греческой феты.
С поразительным самообладанием, особенно если учесть, сколько сил он угробил на извлечение этих самых ариллов – я, кстати, до сих пор не был до конца уверен, что такое ариллы, – Оливер ответил:
– Спасибо, Джеймс. Полезный совет.
– А питы просто замечательные, – сказала Аманда, сворачивая весьма скромное количество неидеального хумуса в маленький рулетик. – Я однажды пыталась печь их сама, но у меня никогда не получалось сделать их такими мягкими и ровными.
Оливер не покраснел, но выглядел слегка смущенным.
– Вы очень добры, но они покупные. Я всего лишь разогрел их в духовке.
Где-то в глубине души я понимал, что не стоит говорить: «И справился с этим просто охуенно».
Проблема была в том, что эта часть души никак не контролировала мой рот.
К счастью, мне не пришлось наблюдать последствия собственной неловкости, потому что в дверь позвонили, и я вскочил открывать с такой скоростью, будто мой стул только что загорелся.
– Простите за опоздание, – сказал Том, уже стягивая пальто. – Помните, как наша няня заболела золотухой?
– Это была не золотуха! – крикнул из столовой Брайан.
– Нет-нет, – бодро отозвалась Бридж. – Оказалось, именно золотуха. Она ездила отдыхать в регион повышенного риска.
– Так что мы нашли другую, – продолжил Том, пока я вел их в столовую и все начинали рассаживаться по местам, – но она отправилась на одну из этих экскурсий по местам Джека Потрошителя.
Я откинулся на спинку моего не загоревшегося стула.
– Если эта история закончится убийством…
– Не говори глупостей. – Бридж в знак поддержки зачерпнула зернистого хумуса. – Она сбежала с экскурсоводом.
Том кивнул.
– Не могу сказать, что сильно удивился. У Чел всегда была слабость к девушкам в цилиндрах.
– В общем, – продолжила Бридж, – следующая няня выиграла полностью оплаченную поездку в Париж и отменила все в последний момент. Та, что была после нее, сломала обе ноги в автокатастрофе. Следующая упала в клетку с гиенами…
– Боже мой. – Джеймс Ройс-Ройс прижал ладони ко рту. – Какой ужас.
– Да с ней все было нормально, – сказал Том, благоразумно обходя хумус стороной. – Как выяснилось, гиены обычно нападают на людей только тогда, когда чувствуют угрозу. Но она все равно сильно перенервничала и решила, что не готова сидеть с ребенком сразу после такого. А потом следующая…
– Стоп, – поднял я палец. – Сколько нянь вы вообще перебрали ради одного вечера?
– Четырнадцать, – ответила Бридж. – Это был сущий кошмар.
После этого атмосфера наконец опустилась до комфортного уровня нормальности.
Провал закусок Оливера задел, но все остальные тактично сделали вид, что ничего не заметили, и погрузились в разговоры, которые неизбежно возникают, когда ты незаметно для себя давно вышел из возраста постоянных тусовок.
Мы вполне неплохо – ладно, терпимо; ладно, просто кое-как – поддерживали связь друг с другом по отдельности. Но когда собирались вместе всей компанией или хотя бы значительной ее частью, динамика оказывалась совсем другой. И мы явно успели растерять навык.
После того как мы уничтожили весь салат – то ли с избытком ариллов, то ли с недостатком феты, – весь разочаровывающий хумус и все недополучившие специй крекеры, какие только можно было разумно употребить в пищу, Оливер начал убирать тарелки перед подачей горячего.
– Далее, – объявил он, все еще тревожно застряв в режиме закадрового голоса кулинарного шоу, – мы будем подавать шиш-барак с маслом из кедровых орехов и зеленым салатом.
– Знаешь, тебе совершенно не обязательно делать эти объявления, – заметила Дженнифер. – Это абсолютно добровольная программа.
– О, но так же гораздо веселее, – возразил Джеймс Ройс-Ройс. – Если честно, именно ради этого я и стал шеф-поваром.