– Эй, мы здесь, – сказал он, – и мы, блядь, Rancid Sputum. Если уж делать – делать жестко.
– Не слишком жестко, – уточнил МэджиМикс. – Мне в понедельник в школу.
Рик Джизм закатил глаза.
– Ебать-колотить, когда ты стал таким тряпкой?
– Когда устроился в отрасль, которая не работает на кокаине и сексуальных домогательствах.
– Эй, я тоже ушел из музыкального бизнеса, – возразил Рик Джизм.
– Я не про музыкальный бизнес. Я знаю, как обстоят дела в этих крупных городских конторах.
Похоже, Рик Джизм собирался возразить, но в итоге произнес:
– Знаешь что? Справедливо.
– Никто ничего не будет делать, – попытался объяснить я. – Ни жестко, ни как-то иначе…
– Очевидно, – Сэйнт с головой нырнул в озеро иллюзий, увлекая за собой коллег по группе, – мы откроем концерт «Нахуй Власть, Нахуй Систему».
– Вообще-то, – сказал МэджиМикс, – это может попасть в интернет, и родители из моей школы увидят. Я бы хотел по возможности ограничить количество мата.
Рик Джизм кашлянул в кулак.
– Можем переделать? Например, «К черту Власть, К черту Систему», – предложил МэджиМикс.
Я мысленно поспорил сам с собой, что Сэйнт скажет ему, что радиоверсии – для продажных шкур.
– Радиоверсии – для продажных шкур, – ответил Сэйнт.
Рик Джизм хлопнул его по спине.
– Сэйнт, дружище, это не продажность, если тебе не платят.
– Как насчет «Насри в рот Тэтчер»? – предложил Сэйнт.
– Не супер актуально, – заметил Рик Джизм. – И если у Мальчика-Учителя проблемы с «нахуй», то с «насри» их, вероятно, не меньше.
– «Дрочу на Пикассо»?
МэджиМикс задумчиво кивнул.
– Да, с «Дрочу» можно.
Сэйнт улыбнулся.
– «Рай в пизде у монашки»?
– У нас довольно много верующих учеников. – МэджиМикс явно испытывал угрызения совести. – Сложно будет объяснить.
– «Come on Eileen».
– Нет! – На этот раз «нет» грянуло от Рика и Микса одновременно.
Мне не стоило вмешиваться – особенно потому, что речь шла о гипотетическом сет-листе для концерта, которого не будет. Но я не сдержался.
– А что не так с «Come on Eileen»? Это же классика диско, нет?
– Ты думаешь о другой «Come on Eileen», – в голосе Рика Джизма прозвучало предупреждение.
– Гребаные Dexys украли у нас название, – объяснил Сэйнт.
МэджиМикс скрестил руки в кожаной куртке поверх голых сосков.
– На машине времени, – добавил он, – потому что только так они могли выпустить свою песню в 1982 году, когда ты написал версию Sputum лишь в 1987-м.
Сэйнт усмехнулся.
– Этот Кевин Роуланд – хитрый ублюдок.
Пока они не погрузились в ностальгию еще глубже, я их прервал.
– Говорю в последний раз. Никакого концерта не будет. Вы не выступаете. Rancid Sputum не будет на разогреве у Одиль или у кого бы то ни было.
Сэйнт наконец-то меня услышал. И ему не понравилось услышанное.
– Погоди. Это мой ебаный фестиваль.
Я очень надеялся, что послать его нахуй один раз будет достаточно. Впрочем, Рик Джизм и МэджиМикс надеялись на то же самое.
– Это фестиваль НАВОЗЖ. Деньги на его организацию дал твой отец и другие спонсоры; деньги, которые он приносит, принадлежат благотворительному фонду, а не тебе. У тебя здесь нет никакой власти, Сэйнт.
– Эй, – запротестовал Сэйнт, – я не сторонник институциональной власти.
Я попытался принять напористую позу. Потом понял, что выгляжу как идиот, и не стал ее принимать.
– Отлично. Тогда это не должно стать для тебя проблемой. – Донеся свою мысль, я взглянул на Джизма и МэджиМикса. – Ричард, Майкл, извините, но вы зря приехали.
– Мог бы сказать до того, как мы дошли до сет-листа, – пожаловался Рик Джизм.
– Думаю, он вроде как говорил, – ответил МэджиМикс.
Рик Джизм, который для бухгалтера обладал пугающе слабым вниманием к деталям, обдумал это.
– Ладно, да, пожалуй. К тому же, – он свирепо уставился на Сэйнта, – это был бы не первый раз, когда он втягивал нас во что-то, что так и не случилось.
– О боже мой, – произнес Сэйнт оскорбленным тоном человека, который определенно был неправ, но никогда бы в этом не признался. – Ты не можешь до сих пор злиться из-за этого.
– Я ехал автостопом, – сказал Рик Джизм, – из Кеттеринга в ебаную Прагу.
– Произошла путаница, – запротестовал Сэйнт. – К тому же это было в 1992 году. Смирись уже.
МэджиМикс бросил на меня извиняющийся взгляд.
– Как видишь, – сказал он, – с Rancid Sputum такое случается нередко. – Он задумчиво погладил подбородок. – Из этого, пожалуй, можно извлечь материал для школьной линейки.
– И каков будет урок? – Раздражало, что мой мозг решил над этим поразмыслить. – «Цыплят по осени считают, а панк-рок-концерты – после выступления»?