– Привет, – сонно отозвалась Бридж. – Что стряслось?
И тут я вспомнил деталь, о которой мне следовало вспомнить еще две панические атаки назад.
– О блядь, ты же беременна.
– Я беременна уже девять месяцев, Люк. Ты только сейчас заметил?
– Нет, я имею в виду ты беременна, а значит, мне не стоило трезвонить тебе в три часа ночи.
– Да брось, не переживай, – зевнула Бридж. – Я все равно уже не спала.
– Ничего ты не не спала!
– Ну, собиралась проснуться. Уверена, что собиралась. Ты сам-то как, в порядке?
Так, мы стремительно заезжали в дебри этического тупика. С одной стороны, врать друзьям нехорошо. С другой стороны, вываливать свои тревоги на беременную женщину нехорошо вдвойне. С третьей стороны (или это была все та же сторона?), все пошло наперекосяк еще в тот момент, когда я чисто на автомате набрал глубокой ночью номер телефона беременной женщины.
– Да.
– То есть ты звонишь мне в... – наступила пауза, пока она сверялась со временем, – в 2:47 ночи в воскресенье, просто чтобы сказать, что ты в порядке.
– Ну... да?
– Лжец из тебя хреновый, Люк, – вздохнула Бридж, и в ее голосе послышалась неподдельная обида. – И вообще, не смей мне врать.
– Да я тебе постоянно вру.
– Ну да, но только не о таких вещах. Ты никогда не притворяешься, будто у тебя все пучком, когда тебе паршиво.
Я предпринял героическую попытку напустить на себя беззаботность:
– Еще как притворяюсь. Иначе я бы вообще функционировать не смог.
– Только не со мной, – отрезала Бридж.
И ведь здесь она была абсолютно права. Бридж никогда не позволяла мне разыгрывать карту «все нормально», и уж точно не собиралась потакать этому сейчас.
– Ты пытаешься оградить меня просто потому, что я беременна, а это... это какое-то негуманное отношение. И, скорее всего, махровый мизогинизм.
– Скорее всего?
– Я просто оставила тебе пространство для маневра, чтобы пощадить твои чувства. Потому что я хорошая подруга.
И то была чистая правда. Хотя я не был до конца уверен, что весь этот наш диалог являлся мастер-классом по хорошей дружбе, причем с обеих сторон.
– Бридж, да ничего страшного не случилось. Тебе нужно беречь себя, а мне – позволить и дальше притворяться более-менее воспитанным человеком, который не грузит людей своим дерьмом, когда у них в жизни происходят великие события.
– Но, – Бридж издала жалобный стон, – это же просто нечестно отлучать меня от твоего дерьма только потому, что у меня тут какое-то там событие! Я не могу позволить своим жизненным вехам портить мою жизнь. Из-за всего этого я уже пропустила день рождения близнецов просто потому, что у меня отошли воды.
До этого момента я вообще-то верил, что ее привычка вечно опаздывать наложилась на мою привычку соскакивать пораньше, из-за чего мы просто разминулись.
– О боже мой, Бридж, ты как? Ты в больнице? Я что, реально позвонил поныть о своих проблемах в тот самый момент, когда ты, ну не знаю, рожаешь?!
– У меня пока нет активной родовой деятельности, – запротестовала Бридж. – Когда отходят воды, это совсем не так, как показывают в кино ну знаешь, все эти «вжух, а-а-а-а, виу-виу-виу, дыши-дыши, ребенок».
Эта деталь не имела абсолютно никакого значения, но я просто физически не мог пройти мимо.
– Виу-виу-виу?
– Это была скорая. Моя потрясающая, анатомически точная имитация сирены скорой помощи.
Опять мимо кассы, но заткнуться я не мог:
– Разве сирена звучит не как «уиу-уиу-уиу»?
– Скорые уже сто лет так не воют. Короче, суть в том, что после отхождения вод обычно проходит день или два до того самого...
– До момента с «виу-виу-виу»?
– Именно.
Мне все равно было дико неловко, что я ей названиваю.
– Мне все равно дико неловко, что я тебе развариваю.
– Вот и перестань. Мне безумно приятно, что я до сих пор остаюсь твоим главным человеком.
– Разве теперь моим главным человеком должен быть не Оливер?
– Любовь есть любовь, Люк, – авторитетно заявила она, – а друзья есть друзья.
Становилось все более очевидным, что я совершил глубокую, непоправимую ошибку в отношении одного из моих главных людей. К несчастью, мой второй главный человек сейчас почивал наверху сном праведника и разумного существа, так что вряд ли собирался обнаружить мое отсутствие и примчаться на выручку. Это был сугубо мой косяк и моя проблема.
– Если серьезно, – предпринял я еще одну попытку, – ничего страшного. Меня немного накрыло, но уже отпустило, я...
– И это не связано с завтрашним днем? – воскликнула Бридж. – Только не говори мне, что ты пошел на попятную из-за завтрашнего дня!