Барбара Кленч выглядела неубежденной.
– Я все равно считаю, что они должны были обойтись дешевле.
– Может быть, – уступил я, – но посмотри на это с другой стороны. Если мы и собираемся на чем-то экономить, то, вероятно, не на том, что спасет все мероприятие от затопления человеческими фекалиями.
Даже Барбара Кленч не смогла найти аргументов, чтобы спорить с этим.
– Справедливое замечание. Что насчет кейтеринга?
– Я связался с некоторыми местными компаниями, так что это может вообще ничего нам не стоить. Плюс, – я кивнул в сторону Риса Джонса Боуэна, – Бронвин все еще держит свой выездной ресторанчик?
– Держит, – подтвердил Рис. – В последнее время она очень увлеклась уличной едой и думаю, что это хорошо зайдет фестивальной публике. – Он на мгновение замолчал, а затем помахал пальцем в универсальном жесте «только-что-кое-что-вспомнил». – О, но может возникнуть небольшая проблема с хором.
Мужской хор Скенфрита стал чем-то вроде постоянного участника мероприятий НАВОЗЖ со времени их дебюта на «Жучьем драйве» пять лет назад. Изначально я не планировал приглашать их на «НАВОЗЖ-Фест», полагая, что Сэйнт, вероятно, сочтет их слишком традиционными, но в итоге пришел к выводу: если я построю все мероприятие в угоду Сэйнту, оно с треском провалится, мы не заработаем никаких денег и в любом случае все потеряем работу. Так что Скенфрит был в деле. По крайней мере, должен был быть.
– А в чем проблема? – спросил я.
Рис Джонс Боуэн выглядел мрачным.
– Политика.
– Какая еще политика?
– Ну, – начал Рис. И это было нехорошее ну. Это было то самое ну, которое неизбежно предшествовало длинной, подробной истории о большом количестве людей, которых вы никогда не встречали и за которыми невозможно уследить. – Знаете, что дядя Алан когда-то был управляющим директором?
Это «когда-то был» сказало мне практически все, что нужно было знать. Тем не менее, я ответил «да» и стал ждать продолжения рассказа.
– Он выполнял эту работу годами – и очень хорошо, если мне позволено судить, – но затем Билл Томас, который метил на эту должность с 97-го года, во время праздников сумел посеять достаточно недовольства среди постоянных участников, чтобы добиться вынесения вотума недоверия.
– И что сделал дядя Алан? – спросил я и к своему ужасу осознал, что мне действительно интересно.
– Ну, он не стал сносить это молча. Он собрал своих сторонников и сказал, что раз уж вы так, то это вынуждает меня стать независимым. Так что теперь существует два мужских хора Скенфрита, и оба они рассчитывают на место на нашем следующем благотворительном вечере.
– У нас, вероятно, найдется место для двух мужских хоров, если уж на то пошло, – предположил я. – На самом деле, это может даже помочь, потому что нам немного не хватает номеров.
Рис Джонс Боуэн покачал головой.
– Не знаю, Люк. Между ними дурная кровь – последнее, что тебе нужно, это чтобы твой фестиваль оказался в центре вражды мужских хоров.
Я уже собирался спросить, насколько все может быть плохо, но... речь шла о группе британских мужчин средних лет с хобби, к которому они относились серьезно. Все могло быть действительно очень плохо.
– Что, если мы просто наймем дядю Алана?
– Это будет выглядеть как кумовство, – предупредил меня Рис. – Мы можем нарваться на судебный иск.
– А это вероятно? – спросил я, заранее догадываясь об ответе.
– Вполне. – Рис Джонс Боуэн виновато кивнул. – Этот Билл Томас – ублюдок-сутяга. Однажды он подал в суд на местный паб за то, что у них закончились чипсы.
И снова какая-то странная часть моего мозга хотела узнать продолжение этой истории, но технически это был рабочий день, и технически мне нужно было организовывать фестиваль.
– Если смотреть шире, – перевел я тему, – кто-нибудь из нас знает кого-то, кто мог бы пригласить еще кого-то? Потому что прямо сейчас наши хедлайнеры – это воссоединившиеся «Rancid Sputum», которых может и не быть; какие-то парни, делающие каверы на Эда Ширана, которых я как-то чуть не нанял на свадьбу, которая так и не состоялась; и один или оба мужских хора из Скенфрита.
Ответом мне была тишина и она отвечала довольно долго.
– Ладно. – Я попытался говорить бодро. – Мы что-нибудь придумаем. Я сделаю еще несколько звонков. Алекс, может, спросишь Миффи, не могла бы она – ну, не знаю – упомянуть нас в Инстаграме или типа того? Сфотографироваться на фоне бросающегося в глаза логотипа НАВОЗЖ? Поддержать навозных жуков?
Алекс отдал мне восторженный, но болезненно бестолковый салют.
– Будет сделано, капитан. Можешь полагаться на меня всецело.