Хоу Цзюнь снова хлопнул Тань Кая по затылку: «Какое там «вроде бы»!» — закончив, он, используя чутьё и интуицию, связал утренний инцидент в столовой с текущим моментом и резко встал: «Нет, чувствую — будет беда. Надо пойти глянуть.»
После его слов до Тань Кая дошло: «Блин, это не те ли утренние типы…»
Хоу Цзюнь оглядел троих оставшихся в комнате и принял экстренное решение: «Кай-цзы, Цзыцян, вы со мной. Вэньхао, если через десять минут мы не вернёмся, сразу беги к Лао Мэну.»
В это время на улице уже стемнело.
Горели только фонари базы «Лючжоу». На аллее огни тянулись вереницей. Народу почти не было. Те, кто после душа тайком бегал в магазинчик за лапшой быстрого приготовления, уже вернулись в общежитие.
Когда Сюй Шэн с пустыми руками появился у входа в переулок, Ян Шивэй и его люди курили, прислонившись к стене. Он прищурился, медленно выдохнул дым, ожидая, что Шао Чжань выйдет к нему. Но когда дым рассеялся, окутав всё лёгкой пеленой, и туман почти развеялся, он при свете фонаря разглядел юношу у входа в переулок.
Пришёл не Шао Чжань.
Увидев это лицо, Ян Шивэй сразу вспомнил того, кто сидел напротив Шао Чжаня утром и обвёл его вокруг пальца.
Ян Шивэй: «…Ты кто? Я ищу Шао Чжаня. Я с тобой за утро не разобрался, а ты ещё лезешь смерти искать?»
Хулиган Линьцзянской Шестой школы, Сюй Шэн, не стал представляться. Ему было лень называть себя.
«Я? Кто я — неважно. Можешь называть меня папочкой[1], — цепочка с ключом на шее Сюй Шэна выскользнула наружу. Он поднял руку, заправил шнурок с ключом обратно за воротник. Закончив, спросил прямо: — Вы будете все вместе или по одному?»
Насчитав вместе с Ян Шивэем шестерых.
В руках у них ничего не было.
Сюй Шэн давно не дрался. Пересчитав, он незаметно хрустнул костяшками.
Проблем быть не должно.
Спросив, Сюй Шэн, не дожидаясь ответа, сам выбрал им способ: «Давайте все сразу. Сэкономим время.»
Ян Шивэй зло рассмеялся, отводя сигарету ото рта. Подручные рванули вперёд, желая проучить Сюй Шэна, но Ян Шивэй жестом остановил их. Его задело, что его спровоцировали, и теперь он хотел, чтобы остальные посмотрели, как он разнесёт голову этому типу: «Отойдите.»
Ян Шивэй шагнул вперёд один, встал напротив Сюй Шэна.
«Ладно, — Ян Шивэй выбросил сигарету. — Раз ты так хочешь смерти — я тебя устрою.»
Сюй Шэн, выходя, прикинул, что драка должна закончиться быстро. Если этот придурок захочет один на один — тем быстрее. То чувство жжения, что поднималось в груди, к удивлению, «остыло». Он даже привычно усмехнулся уголками губ, и в глазах появилась улыбка. Но улыбка эта тоже была странно-холодной: «Спорим, у меня ты не продержишься и пяти минут?»
Ян Шивэй сжал кулаки и с матюгами замахнулся. За столько лет в Наньпине он не зря терял время — по этому молниеносному выпаду было видно, что он кое-что умеет. Сюй Шэн, уйдя в сторону, перехватил его руку, резко летящую в него, вцепившись в запястье Ян Шивэя. Ян Шивэй никак не ожидал, что Сюй Шэн, который выглядит так, будто «я не дерусь, я только чужими чувствами играю», окажется таким сильным. Он дёрнулся несколько раз, но не мог высвободиться.
Ян Шивэй: «Да кто ты… такой, блин?»
Сюй Шэн: «Я же сказал, я твой батя[2].»
Ян Шивэю было стыдно. Те, кто стоял за ним, не знали, стоит ли вмешиваться. Сюй Шэн другой рукой схватил Ян Шивэя за воротник. Он как раз собирался уложить его парой движений, а потом разобраться с остальными. Атмосфера была очень напряжённой. В этот момент из-за переулка донёсся звук торопливых шагов. Шаги приближались, и судя по звуку — обувь была шлёпанцами.
«Шлёп-шлёп.»
Хоу Цзюнь бежал первым. При свете фонарей он увидел, что Сюй Шэн держит кого-то за шкирку, полностью подтверждая его догадки — этот товарищ реально вышел драться!
Будучи старостой, он не мог допустить, чтобы ученики его класса устроили драку на сборах. Он поспешно крикнул: «Шэн-гэ! Стой! Оставь человека!»
Сюй Шэн от неожиданности ослабил хватку, и Ян Шивэй воспользовался моментом, чтобы вырваться: «…»
Хоу Цзюнь бежал, запыхавшись. За ним по пятам бежали Тань Кай и Юань Цзыцян.
Сюй Шэн встряхнул запястьем, хотел спросить, что они тут делают. Хоу Цзюнь уже смело вклинился между ним и Ян Шивэем. Он торжественно положил обе руки на плечи Сюй Шэна, заставив его опустить глаза. Хоу Цзюнь даже осмелился назвать его полным именем: «Сюй Шэн!»
«…» — сказал Сюй Шэн. — «Вы чего припёрлись… чего припёрлись?»
Хоу Цзюнь перебил его: «Драться — неправильно! На этих сборах мы представляем не только наш класс, но и всю школу! К тому же, ты подумал о последствиях? Гу Яньван с тебя шкуру спустит. Неужели нельзя поговорить нормально?»