Сюй Шэн спросил снова: — А... у нас с ним, в такой ситуации, ещё есть надежда?
Шао Чжань: — … Что-то здесь не так.
Мастер был потрясён.
Он не только был потрясён, он начал терять реальность. За десятки лет шарлатанства в своей гадальной лавке он впервые столкнулся с такой диковиной. Когда двое учеников вошли, он не стал особенно задумываться — просто выбрал несколько универсальных фраз, чтобы проверить, смогут ли они клюнуть. А если нет — он бы придумал что-то ещё.
Он уже был готов выведать у них, как их зовут, сколько человек в семье.
И тут на тебе — что он говорит? Его душа в теле другого человека?
Зачем он тогда пришёл к нему в «Обитель полубессмертного»? Иди в больницу, проверь голову!
Но мастер быстро взял себя в руки: когда плывёшь по волнам жизни, деньги, сами идущие в руки, упускать нельзя. Не мог же он просто так отдать клиента больничной психиатрии.
Сюй Шэн вышел на улицу, сжимая в руке то, что дал ему мастер.
Красные шнурки в руках Сюй Шэна оказались двумя кулонами — по сто пятьдесят юаней за штуку, мастер даже сделал скидку: двести пятьдесят за два. Красные шнурки были самого обычного вида, единственной особенностью была подвеска — кристалл. По словам мастера, это был чёрный волосатик[1], способный устранять беды и обращать вспять течение удачи.
Ху Полубессмертный таинственно наговорил всякого и в конце концов вытащил из-под стола два красных шнурка:
— Вы должны носить их на груди — ближе всего к сердцу. Они свяжут расстояние между вашими душами. Но кроме этого, чтобы полностью решить проблему, нужно соблюсти ещё одно условие.
У Ху Полубессмертного и выдумка была не без оснований — при обмене душами как же без ритуального прикосновения?
Ху Полубессмертный снова погладил бороду: — Завтра, когда солнце начнёт садиться, смотрите друг другу в глаза тридцать секунд и обнимитесь.
— …
Камень выглядел довольно круто.
Острые чёрные нити, словно линии, проведённые самой густой тушью в рисунке, толстые и тонкие, были напрямую заключены в кристалл, придавая ему дизайнерский вид.
Но стоило вспомнить условие мастера…
Сюй Шэн, глядя на лежащий в ладони чёрный волосатик, ушёл в мысли.
Правда... нужно обниматься?
На следующий день.
Сюй Шэн и Шао Чжань друг за другом вошли в класс. Хоу Цзюнь был дежурным и, как обычно, поприветствовал их. Первым он увидел Шао Чжаня: — С добрым утром, брат Чжань! А куда вы вчера с братом Шэном подевались?.. Брат Чжань, что это у тебя на шее?
Образ бога учёбы в будние дни был слишком укоренившимся: безупречная школьная форма, ни одной лишней детали.
Даже телефон он редко доставал.
От этого вопроса Хоу Цзюня Сюй Шэн опустил голову и обнаружил, что красный шнурок[2] выскользнул из воротника формы. Он носил форму совсем не так, как настоящий Шао Чжань: всегда как удобно, и сейчас именно из-за слишком распахнутого ворота шнурок и вылез: — Ничего.
Сюй Шэн засунул шнурок обратно. Кожа Шао Чжаня была белой, даже отдавала холодом, и этот красный цвет создавал разительный контраст.
Хоу Цзюнь протянул «о» и продолжил писать сегодняшнее расписание в правом нижнем углу доски.
Мел скользнул по доске. Хоу Цзюнь написал «после обеда» под чертой и, подняв голову, увидел на шее школьного хулигана такой же красный шнурок…
Обычно на шее у Сюй Шэна был чёрный шнурок, к тому же его футболки тоже были в основном чёрными, так что он был незаметен.
Но красный — это была совсем другая история.
Дело было не в том, что Хоу Цзюнь фантазировал — факт был неоспорим.
Хоу Цзюнь почувствовал, что знает слишком много: — С добрым утром, брат Шэн. И эта штука у тебя на шее, очень знакомая.
Шао Чжань всё ещё не привык, чтобы при входе его кто-то так радушно приветствовал. Он не проигнорировал это, как обычно, а ответил: — Доброе.
В этот день на уроках не случилось ничего неожиданного.
Учителя, вероятно, зная, что Шао Чжань готовится к турниру, не решались его отвлекать: количество вызовов к доске и в учительскую резко сократилось, и Сюй Шэн вздохнул с облегчением.
Шао Чжаню повезло меньше: в среднем за каждый урок в него прилетало по пять-шесть кусочков мела. Чжоу Юань целился особенно метко: — Сюй Шэн, стоять идёшь на урок!
Чжоу Юань добавил: — Ладно, Сюй Шэн, выйди и постой снаружи. Ты в классе загораживаешь одноклассникам обзор.
Шао Чжань не совсем понимал ход мыслей Чжоу Юаня: — Учитель, я на последней парте.
Весь класс грохнул смехом.
Но в ответ прилетел ещё один кусок мела. Чжоу Юань гневно заорал: — Я знаю! Зачем ты болтаешь лишнего? Я просто ищу предлог, чтобы выгнать тебя вон! Ты меня раздражаешь своим видом — выметайся!