Пожелав спокойной ночи, Сюй Шэн не стал послушно ложиться спать, а продолжил болтать со своим парнем, затронув тему, которую они оба понимали без лишних слов: «Ты принял душ?»
— А ты как думаешь?
Похоже, принял.
Сюй Шэн перевернулся и продолжил печатать.
Сюй Шэн: «Я тоже помылся».
Шао Чжань: «Ты сегодня вообще не собираешься спать?»
Сюй Шэн: «Ещё немного поболтаю и лягу».
Теперь, когда у Сюй Шэна был официальный статус, он стал еще более самоуверенным: «Братик, давай поболтаем минутку».
Шао Чжань уступил: «Пять минут».
Они поболтали о том о сём, а потом Сюй Шэн зашёл на страницу Шао Чжаня. Ему хотелось тут же сообщить всему миру, но в то же время хотелось спрятать эту сладость глубоко в сердце. В итоге он изменил заметку в контакте на «Парень».
Никаких снов. За окном было полно звёзд, стрекот цикад постепенно стихал.
На следующее утро Сюй Шэна разбудил стук Шао Чжаня в дверь. С тех пор как он начал врать с открытыми глазами, чтобы попасть в олимпиадную группу, и подписал ряд неравноправных договоров, он редко прогуливал вечерние самоподготовки.
Сюй Шэн прищурившись слез с кровати и открыл дверь. Увидев Шао Чжаня, он умерил свой пыл: «Который час?»
— Ещё рано.
Действительно рано. Было всего шесть утра.
— Боялся, что это сон, — сказал Шао Чжань. — Просто захотелось тебя увидеть.
— Тебе стоит радоваться, что ты мой парень. Если бы кто-то другой постучал ко мне в такое время, — Сюй Шэн только что проснулся, голова ещё кружилась. Закрыв дверь, он прислонился к косяку, чтобы прийти в себя. Волосы растрёпаны, воротник распахнут — не успел привести себя в порядок после пробуждения. Нельзя отрицать, что услышать такую фразу ранним утром было приятно, даже раздражение после пробуждения улетучилось. — ...его бы уже и след простыл.
Сказав это, Сюй Шэн пошёл умываться.
Шао Чжань немного посидел в его комнате, а потом подошёл к двери ванной и стал ждать.
Сюй Шэн почистил зубы и наклонился умыться.
Шао Чжань, в отличие от него, выглядел безупречно: переодетый в школьную форму, без единого намёка на то, что прошлой ночью этот же человек перелезал через забор, чтобы пойти в кино с тем, кто сейчас стоял перед ним. Наконец, не сдержавшись, он протянул руку за спиной Сюй Шэна, взял его за воротник и потянул вверх. При этом костяшки его согнутых пальцев слегка скользнули по ключице Сюй Шэна: «Ты специально? Так оделся».
Тут до Сюй Шэна дошло, что воротник действительно сполз вперёд, особенно когда он наклонился — вид был совсем неприличный: «...»
От этого прикосновения Сюй Шэн резко поднял голову. Капли воды, ещё не успевшие обсохнуть, стекали по щеке, собирались в струйки и текли по тонкой юношеской шее, чтобы в итоге — как нарочно — упасть на пальцы Шао Чжаня.
Шао Чжаню вдруг расхотелось сразу убирать руку. Пальцы, лежавшие на ключице Сюй Шэна, слегка шевельнулись, он собирался наклониться и сделать кое-что ещё — например, оставить след на этой ключице, — но в этот момент в дверь комнаты громко забарабанили.
— Шэн-гэ, пошли! — завтракать, — кричал Хоу Цзюнь, колотя в дверь. — Сегодня в столовой дают пельмени на пару! Не пойдём — не достанется!
— ... ...
Одновременно раздался другой голос, принадлежавший Тань Каю, который был неразлучен с Хоу Цзюнем. Но голос Тань Кая доносился явно издалека — он стучал в дверь напротив: «Чжань-гэ, пошли завтракать вместе!»
Оба замерли. Сюй Шэн схватил полотенце, вытер лицо и кашлянул: «Ты откроешь дверь или я?»
Хоу Цзюнь и компания как обычно пришли звать их на завтрак.
Из-за приближающихся промежуточных экзаменов нужно было повторить слишком много материала. Хоу Цзюнь хотел, чтобы Шао Чжань каждое утро выделял им один предмет для повторения, и заодно выполнял обязанности старосты — будил Сюй Шэна, чтобы тот не прогуливал утреннюю самоподготовку: «Шэн-гэ, сейчас шесть десять. У тебя пять минут на сборы».
Тань Кай долго стучал в дверь напротив, потом остановился и спросил: «Неужели Чжань-гэ сегодня проспал? Не может быть, обычно он встаёт даже раньше нас».
Едва Тань Кай договорил, как дверь Сюй Шэна открылась, и на пороге стоял именно Шао Чжань, на чей стук он так и не дождался ответа. Шао Чжань нисколько не скрывал, что находился в комнате Сюй Шэна ранним утром, и сказал с порога: «Он ещё умывается».
Хоу Цзюнь и Тань Кай остолбенело ответили: «...Ага».
Впрочем, они не впервые сталкивались с такой сценой. Первый раз — случайность, второй — привычка.
К тому же, когда речь шла об этих двух королях школьного форума, что бы ни случилось — никто бы не удивился.