Когда он сам раньше это носил… было так… открыто?
Шао Чжань опустил взгляд и сказал, что ничего не может поделать: «Ты слишком худой.»
«И талия тонкая, штаны всё время норовят сползти. Как ты так вырос — такой худой, зато ноги длинные», — у Шао Чжаня, как у полу-«участника» событий, который до переселения в тело Сюй Шэна всё уже ощупал, а после — мог трогать всё, что угодно, было больше всего прав на такое заявление.
Сюй Шэн покраснел до корней волос.
«У тебя уши очень чувствительные, когда говоришь близко — сразу краснеют, и талия тоже очень чувствительная, только что в душе тронул — и сразу…»
Сюй Шэн резво вскочил: «Я пойду мыться.»
Шао Чжань, стоя за дверью ванной и слушая шум воды, холодным тоном сказал: «Разве ты не хотел углублять связь?»
«…» Сюй Шэн включил душ, не желая больше слушать о том, что случилось в душе и что он там увидел: «Заткнись.»
Сюй Шэн планировал сегодня вечером сделать запланированные два варианта тестов, но после того, как его сегодня целый день изводил двоюродный брат, мозги напрочь отключились, и ему не хотелось прикасаться ни к каким заданиям. К тому же сегодня здесь был Шао Чжань. Поэтому, помывшись, Сюй Шэн прилёг на письменный стол, уставился на задания, а потом, только откусив колпачок ручки, решительно отодвинул листы в сторону: «Не хочу писать.»
В конце концов, парень — это ходячий внешний модуль, два варианта — сущая мелочь.
Шао Чжань взглянул на него.
Сюй Шэн был готов пойти на жертвы только когда просил о помощи. Раньше Шао Чжань уже помогал ему с домашкой. Сюй Шэн, естественно, сощурил глаза, всем своим видом показывая, что хочет схалтурить, и, растягивая окончания, сказал: «Братик, напиши за меня, а?»
«В следующий раз, когда будешь мыться, хочешь талию трогать или ещё ку — трогай где хочешь.»
Шао Чжань промолчал: «…»
Раньше этот трюк Сюй Шэна действительно работал безотказно.
Но теперь — с мокрыми волосами, с таким выражением лица, развалившись на столе — это было его собственное лицо. И даже зная, что за внешностью скрывается Сюй Шэн, Шао Чжаню было трудно избежать этого странного визуального диссонанса.
Сюй Шэн, проведя так много времени в теле Шао Чжаня, легко забывал, кто он сейчас такой, и продолжал действовать по привычке.
А потом, после своей просьбы, он увидел, как его парень, помолчав пару секунд, отвёл взгляд и безжалостно ответил: «Пиши сам.»
«…»
«Я просто поменялся телом, неужели это так критично?»
«Критично, — сказал Шао Чжань. — И в следующий раз не говори таким тоном.»
Чёрт.
В итоге Сюй Шэну пришлось самому писать оба варианта.
Закончил он уже около одиннадцати вечера.
Остаться на ночь в доме парня — это, вообще-то, вещь, будоражащая бесконечные фантазии. Жить в одной комнате, спать на одной кровати — раньше, в школе, они оба об этом думали, но, как назло, школьная койка была слишком узкой, спать вместе было просто мучительно.
Теперь они могли спать вместе. Сюй Шэн протянул руку и мог дотронуться до человека рядом — сначала сосед и правда был сговорчив. В темноте, два пылких юноши. Пальцы Шао Чжаня коснулись пряди наполовину высохших волос, а затем он перевернулся и навис сверху, упёршись рукой в кровать у уха лежащего под ним.
Они встретились взглядами: «…»
Сюй Шэн не стал сразу поднимать руки и обнимать Шао Чжаня за шею, и Шао Чжань тоже не стал, как обычно, опускать голову. Потому что, когда они приблизились, оба увидели собственные лица.
Каким бы жарким ни был огонь, он мгновенно погас.
Привычная температура кожи под ладонью, запястья друг друга, талия — любые детали были знакомы им обоим досконально.
Сюй Шэн: «У тебя рука поднимется?»
Шао Чжань: «А ты как думаешь?»
Сюй Шэн: «Думаю, вряд ли.»
Спустя мгновение Сюй Шэн попытался подключить воображение: «Может, попробуем закрыть глаза?»
Шао Чжань: «…»
Две минуты спустя.
Попытка задействовать воображение провалилась. Они, сохраняя неловкую, но вежливую дистанцию, открыли глаза.
Сюй Шэн сказал: «Ладно, забей.»
Вроде бы объект твоей любви лежит рядом, но как же эти отношения похожи на любовь на расстоянии. Ни прикоснуться, ни приблизиться — никак. Самое большое расстояние в мире — это когда ты стал своим собственным парнем. Сюй Шэн поднял руку, прикрывая глаза, и тяжело вздохнул в душе.
Шао Чжаню в таком положении лучше было бы вернуться и посидеть с Сюй Япин.
Оба не спали. Сюй Шэн вдруг сел, очень желая понять один вопрос: «Когда же мы в этот раз поменяемся обратно?»
Это чувство, когда человек рядом, но ты не можешь до него дотронуться, было слишком невыносимым.
И неизвестно, когда этому придёт конец.
В предыдущие разы они тоже пытались угадать и обсуждать причину внезапного появления «молнии». Только вот доступных для анализа примеров было мало, и они оба тратили все силы на то, чтобы справиться с бесконечными неожиданностями. И как бы они ни обсуждали, результат был один — «решения нет».
Шао Чжань тоже не спал, думая о том же.
Так продолжаться не может.
Постоянные перестановки — не только не дают нормально общаться в отношениях, но и впереди ещё много больших и малых экзаменов. Если не решить эту проблему, будет ещё много хлопот.
«Почему появляется молния? И правда ли время случайно? Не может же быть, чтобы она просто так, без причины, била наугад, — Сюй Шэн вспомнил сцену их первой встречи и смутно почувствовал, что в этом деле есть какая-то закономерность. — Может, есть какой-то способ это решить?»
Сюй Шэн вспомнил кое-что: «Тогда, когда ты отпросился, куда ты ходил?»
Шао Чжань открыл глаза. В комнате было темно, хоть глаз выколи. Он вернулся мысленно в тот день, когда объявили результаты пробного экзамена. Он шёл по длинному мрачному коридору, сжимая в руке телефонный провод. По ту сторону стекла сидел мужчина в тюремной робе, с очень коротко остриженными волосами, с постаревшим лицом. Шао Чжань долго молчал, прежде чем сказал: «Ходил к отцу.»
Сказав это, Шао Чжань вдруг понял, что они с Сюй Шэном так и не сосредоточились на самой очевидной вещи: молнии.
Гроза, полицейская машина, шквал новостных репортажей.
…Молния.
Шао Чжань смутно ухватился за какую-то нить, но эта нить была ещё неясной.
Если в каком-то деле непонятна причина, нужно смотреть на его последствия.
В других случаях Шао Чжань не был уверен, но в в базе «Зелёный оазис» гром, казалось, был нацелен именно на Ян Шивэя, безжалостно вскрыв его прошлое.
Шао Чжань хотел спросить: «А ты раньше… точнее, в грозу, с тобой в грозу что-нибудь случалось?»
Но он так и не решился задать этот вопрос вслух. Повернув голову, он обнаружил, что Сюй Шэн уже уснул.