Примечания к главе:
[1] 鬼上身 (guǐ shàngshēn) — букв. «дух забрался в тело». Народное поверье, что в человека может вселиться злой дух. В романе подруга Сюй Япин первой высказывает эту версию, пытаясь объяснить странное поведение Сюй Шэна.
Глава 92
Сюй Япин была ошеломлена словами «второй личности». Внутренний вопрос, прозвучавший мгновение назад, задел её за живое. Она инстинктивно попыталась избежать этого, но поняла, что спрятаться не получится. Вторая личность, словно сторонний наблюдатель, видела то, чего она не замечала, и ей было некуда деться: «Ты… как давно у вас такое положение, и что нужно сделать, чтобы всё вернулось в норму?»
Шао Чжань тоже думал об этом. Он предположил: «Если он сам захочет вернуться, я, скорее всего, скоро исчезну».
— Притворяется довольно убедительно.
— Полностью соответствует симптомам расстройства множественной личности.
Сюй Япин: «…»
Сюй Япин слышала истории о раздвоении личности. У них вроде бы были свои имена: «У тебя тоже есть своё имя?»
Выражение лица Шао Чжаня застыло на пару секунд.
Ему очень не хотелось отвечать на этот вопрос, но в конце концов он сказал: «Можешь называть меня… Сюй Чжань».
Сюй Япин не привыкла к этому имени: «Сюй Чжань?»
Не то чтобы Сюй Япин не привыкла — сам Шао Чжань привык ещё меньше.
Притворяться человеком с раздвоением личности — тоже нелёгкое дело. Сказав это, Шао Чжань испугался, что Сюй Япин начнёт задавать всё более подробные вопросы. Посидев немного, он встал и сказал: «Если больше ничего нет, я пойду к себе. Мне ещё нужно делать контрольную».
Запрос на Baidu: «У моего сына раздвоение личности. Сегодня я встретила его вторую личность. Скажите, какова причина возникновения второй личности?»
Ответ: «В психологии появление второй личности связано со стрессом — возможно, внешним давлением или стрессом, который пациент испытывает сам, заставляющим его хотеть убежать, что и порождает вторую личность. У вас были какие-нибудь конфликты с ребёнком в последнее время?»
Сюй Япин сидела на диване и бормотала себе под нос: «…Стресс».
Какое давление она оказывала на Сюй Шэна?
Раньше она только и хотела, чтобы Сюй Шэн побольше решал задач, писал побольше контрольных, всегда надеялась, что он сосредоточит все свои мысли на учёбе.
При мысли об этом она резко выпрямилась, вспомнив ту сцену, которую увидела через щель в двери: подросток с бесстрастным лицом сидел за письменным столом и только и делал, что писал контрольные, без остановки. Она ошеломлённо подумала: «Неужели это то давление, которое я оказывала на Сюй Шэна?»
Неужели эта вторая личность «Сюй Чжань» — тот самый «Сюй Шэн», которого она хотела видеть?
Вот оно что.
Тогда всё встаёт на свои места.
Грудь Сюй Япин сдавило — она ведь довела собственного ребёнка до такого состояния.
Как и сказала вторая личность, она не только не поддержала его, а стала первым препятствием на пути, по которому хотел идти Сюй Шэн, вынудив его породить вторую личность. Сейчас Сюй Шэн, как она и хотела, уткнулся в контрольные, но она не чувствовала ни капли удовлетворения.
Она осознала с предельной ясностью: заставить Сюй Шэна стать таким, каким она хотела его видеть, — вовсе не радостное событие.
Потому что это был не Сюй Шэн.
Это не её сын. Ей не нужен сын, который делает всё по её указке.
Сюй Япин тихо сидела на диване, наконец осознав, насколько абсурдной матерью она была.
Она тоже была матерью впервые, и потому самонадеянно, как могла, распланировала жизнь Сюй Шэна, давая ему то, что считала «хорошим», возлагая на него бесконечные надежды, даже не задумываясь о том, чего хотел он сам.
Шао Чжань недооценил способность женщин к фантазии и ассоциативному мышлению. Его выдуманная вторая личность была полна дыр, но он и представить не мог, что Сюй Япин сама сможет замкнуть эту теорию, причём замкнуть безупречно, найдя для него все объяснения и оправдания.
Он не знал, поможет ли его роль «второй личности» Сюй Шэну. Думал, что не стоит вмешиваться в чужие семейные дела, но всё же не удержался и вмешался.
О совместном экзамене он знал мало, но видел тот скетч на экране телефона Сюй Шэна.
И помнил, как в прошлый раз, когда он стал «Сюй Шэном», сидел в художественной студии, а Сюй Шэн держал его руку и правил рисунок.
Он всё время молчал, но тот день Сюй Шэн был совсем не похож на обычного Сюй Шэна.
Хотя фраза Гу Яньвана «спящий лев» была слишком преувеличенной, но, кажется, он действительно видел, как Сюй Шэн открыл глаза.
Не такой, как в день пробного экзамена, когда подросток лежал на парте всю дорогу, повернувшись затылком к наблюдающему учителю.