«Я давно слышал, что Синцзянь — школа для богатых, но не думал, что она настолько шикарна».
На площади заранее повесили транспарант: «Шестнадцатая Межшкольная лига пяти школ проводится в нашей школе — горячо приветствуем все школы-участницы».
Сюй Шэн сидел на ступеньках в центре площади. Шао Чжань, используя последние минуты, вдалбливал в него теоремы: «Помнишь теорему Чевы?»
Особенностью Сюй Шэна было то, что он умел напускать на себя важный вид. Даже если он совершенно не помнил теоремы, когда он произносил «не помню», это звучало настолько уверенно, словно он сидел на клумбе с видом «Я всё знаю».
Не прошло и десяти-пятнадцати минут, как автобусы других школ-участниц медленно въехали в школьные ворота. Одна за другой группы участников выходили из автобусов. Второй школой, которая прибыла, была Инхуа, знакомая с прошлого года — участники от Инхуа одиннадцатого класса, выступавшие в прошлом году, уже выпустились, влилась свежая кровь из десятых классов. Говорили, что в этом году у Инхуа тоже есть два одарённых новичка из первого курса, с которыми будет трудно справиться.
Школьную форму и эмблемы этих школ Сюй Шэн видел в прошлом году на Лиге.
Эти олимпиадники выходили из автобусов группами, обычно по шесть-восемь человек. Однако последний автобус, который въехал, отличался от всех остальных: на окне стояла табличка с надписью «Лиян».
Дверь автобуса медленно открылась. Сначала вышли несколько учителей.
Затем один за другим из автобуса вышли двое юношей.
Солнце было в зените. Спускаясь, тот, кто шёл первым, одной рукой натянул капюшон, слегка наклонившись. Чёрный капюшон закрывал ещё больше, скрывая слишком утончённые, даже резкие черты юноши.
Он опёрся рукой о дверь автобуса. Только когда он отошёл, с другой стороны можно было увидеть стоящего позади него человека. Второй юноша был очень высоким. Склонив голову, он улыбался и здоровался с водителем. Когда он повернул голову, стал хорошо виден острый контур его шеи.
И тут первый юноша согнул палец и постучал по двери, предупреждая: «Быстро вали отсюда».
… Остальные школы приехали целыми командами. А у Лияна было только двое.
Примечания к главе:
[1] Шан Чжунъюн (伤仲永, Shāng Zhòngyǒng) — персонаж классической китайской притчи «Утраченный гений» (поэма Ван Аньши): мальчик с феноменальным поэтическим талантом, который исчез из-за отсутствия должного образования.
[2] 国际班 (guójì bān) — классы в богатых школах, готовящие к зарубежным вузам. Ученики не сдают гаокао, а готовятся к SAT/IELTS. В романе школа Синцзянь имеет такие классы.
Глава 109
«Шестнадцатые межшкольные соревнования пяти школ. В этом году сохраняется прошлогодний формат: первая половина — командный зачёт, вторая — личное первенство».
Спортзал школы «Звёздный меч» был отделан так, будто сюда приедет звезда с концертом — бюджет горел ярким пламенем. Перед началом соревнований устроили даже сюрреалистическое световое шоу. На стене прямо перед спортзалом висел баннер, а сверху — ряд лазерных прожекторов, бьющих ослепительным светом прямо вниз.
Слева и справа от зоны соревнований установили два больших экрана для трансляции. Во время матча операторы переключали кадры по ходу комментариев, наводя объектив на разных участников.
Остальное оснащение было примерно таким же, как в Линцзяне. Два комментатора сидели на высокой трибуне второго этажа, обозревая с высоты.
Комментатор А: «Всем привет, я Лао Цянь, завуч школы "Звёздный меч"».
Комментатор Б: «Я учитель Сюй из Сунъе, можете звать меня Лао Сюй».
«В этом году среди участников есть как знакомые и ожидаемые лица, так и много новичков, вызывающих любопытство».
«Верно».
«Лао Сюй, за какую команду вы переживаете больше всего?»
«Я? Лично мне интересна впервые участвующая школа Лиян №2...» — комментатор Лао Сюй повысил голос и взволнованно продолжил: — «Участники начинают выходить! Первыми идут — команда Сунъе!»
Зрители зааплодировали.
Линцзян шёл за Сунъе, вторым на очереди.
Сюй Шэн был ужасно нервничал, но после долгой «дрессировки» у По Лэя он научился молниеносно переключаться с паники на показное спокойствие. Как-никак, он видал виды. К тому моменту, когда он ступил на сцену, в нём уже зародилось чувство обречённости — махнуть на всё рукой.
Он скользнул взглядом по залу и как раз заметил, как Гу-Яньван сжимает кулаки, подбадривая их: «...»
И ещё — плакат поддержки, который Цю Цю держала на трибуне. Лозунг был внушительным: «Линцзянские львы, сметающие всё на своём пути!»