«В прошлом году на Лиге я продемонстрировал свой выдающийся уровень, но на самом деле это было связано с моим состоянием, — Сюй Шэн решил перевести факты в другую форму и сказать правду. — Иногда я впадаю в особое мыслительное состояние».
Сюй Шэн вздохнул и с серьёзным видом продолжил: «Когда наступает такое состояние, в момент решения задачи мне кажется, что в меня вселяется божество. Будто какое-то другое мышление управляет моим телом».
Шао Чжань, как раз собиравшийся подойти и выручить Сюй Шэна: «...»
После того как Сюй Шэн закончил, все погрузились в молчание.
А затем один голос первым нарушил тишину. Очевидно, у одноклассников была особая способность к интерпретации: «Ни фига себе... Это что, подсознательное решение? Состояние высокой эффективности без эго?»
Когда у человека есть «фильтр гения» по отношению к другому, он поверит чему угодно и даже сам найдёт оправдание. Особенно если этот талант был собственноручно подтверждён богом учёбы.
Кто-то ещё добавил: «Я знаю, как тот индийский математик, который решал задачи во сне».
Другой сказал: «Неужели это и есть уровень просветления?»
Что за чушь.
Сюй Шэн: «...»
Я, мать вашу, хочу сказать, что в меня кто-то вселился. В тот миг я был не я.
Глава 111
У участников олимпиад свой уникальный склад ума. Шао Чжань сидел впереди, но когда он подошёл к задним рядам и услышал «блестящее выступление» Сюй Шэна, ему совсем не захотелось туда идти: «…»
В этот самый момент он как раз столкнулся с рвущимся на сцену директором Гу.
Директор Гу стоял на ступеньках и то и дело заглядывал в сторону Сюй Шэна. Одна его рука уже была протянута вперёд — пальцы дрожали в воздухе, будто он пытался притянуть Сюй Шэна к себе на расстояние.
Шао Чжань невозмутимо преградил директору Гу путь: «Директор Гу».
Директор Гу: «Десять баллов! Что стряслось с Сюй Шэном на этот раз? Как он мог набрать всего десять баллов в личном зачёте! Разве он не должен был соперничать с теми двумя из Лияна?!»
Тем временем Сюй Шэн всё ещё слушал, как один из олимпиадников с воодушевлением рассказывал историю об индийском математике.
«Прямо как Рамануджан?»
У Сюй Шэна от услышанного мысли путались: «Раману… кто?»
«Рамануджан, индийский математик. Он говорил, что богиня Намака открывала ему истины во сне, и когда он просыпался, то записывал множество формул».
Сюй Шэн: «…Не настолько грандиозно, но… примерно так же?»
Шао Чжань помог с объяснениями: «До этого пробного экзамена он навёрстывал английский. Я не угадал направление, по которому нужно готовиться, и экзамен как раз пришёлся на его зоны незнания».
Директор Гу опешил.
Одну ложь приходится оправдывать бесчисленным количеством другой лжи.
Шао Чжаню оставалось только продолжать невозмутимо врать: «Талант Сюй Шэна к олимпиадам… особенно ярко проявляется в других типах задач».
«Это, — удивился директор Гу, — талант ещё и делится на типы?»
Шао Чжань: «Он силён в геометрических задачах».
Каждый год соревнования составляют разные преподаватели, у каждого свой стиль, и даже направленность заданий различается. Как и сказал Шао Чжань, в прошлом году геометрические задачи занимали большой процент, а в этом году на личном экзамене их практически не было.
Одна половина тревог директора Гу отступила.
Вторая половина отступила, когда он услышал, что Шао Чжань не угадал с подготовкой.
Директор Гу даже не рассматривал возможность того, что Шао Чжань мог солгать. Он был убеждён.
Кризис Сюй Шэна с олимпиадой был временно устранён.
Хоу Цзюнь и остальные тоже спустились со зрительских мест и окружили их: «Брат Чжань! Брат Чжань, ты просто невероятно крут, отлично сработано!»
Хоу Цзюнь добавил: «Вот только эти ребята из Лияна какие-то пугающие… Что это за люди такие, вот это сила грома, да? Особенно тот, что спал посреди ответов — он умудрился задавить Инхуа».
Когда показали, как Се Юй натянул капюшон и уснул, весь зрительный зал опешил от такой наглости.
В этом году Дуань Яошэн не участвовал, но общая сила Инхуа была внушительной — как-никак, старейшая ключевая школа[1] номер один. И всё же их умудрилась задавить эта художественная школа Лиян.
Все знали о пугающей силе Шао Чжаня ещё с прошлых соревнований, но двое участников из Второй школы Лиян участвовали впервые и потому стали центральными фигурами для обсуждения.
С окончанием командного и личного зачётов Вторая школа Лиян представила блестящий результат.