Такие вот звонки походили на капель, стучащую по пустой бочке. Он считал, что ему необходимо лишь отбрехиваться, — жители дома номер сорок маялись бездельем.
Капитан надеялся, что постоянные телефонные звонки дворничиху вытеснят, но та сидела уперто, как будто тоже ждала какой-то новости.
— Варвара Петровна, меня интересуют факты криминальные.
— Я принесла, — заверила она.
— Слушаю, — безнадежно выдавил опер.
— Двадцать шестая квартира подозрительна.
— Чем?
— Хозяйка не работает, на что живет?..
— Сейчас таких много.
— Нет ли в этой квартире тайного общества? Ведь там не пьют, не шумят.
Дворничиха все это говорила с какой-то распахнутой улыбкой. Или радости добавляла ее веселая оранжевая куртка.
— К ней, наверно, ходят бомжи?
— Нет, люди интеллигентного вида.
— Тогда, может, наркота?
— Вряд ли, входят свежими и такими же выходят.
Палладьев смотрел на ее налитые щеки и решал, от чего они красные — от куртки, или куртка пламенела от щек? Когда его вышибут с этой дерганой работы, то он пойдет в дворники. И ему выдадут, наверное, такую же куртку.
— Молодежь ее посещает?
— Кто только не ходит... Парочки, по одному, и старики заходят...
Последняя информация в версию о притоне не укладывалась. Разновозрастные и одновозрастные, разнополые и однополые... Карточные игры? Не похоже. Сектанты?
— Как звать хозяйку?
— Падальцева Магда Артемьевна.
Капитан вспомнил. Год назад на нее жаловались верхние соседи. Якобы из квартиры гражданки Падальцевой идет тяжкий дух. Не труп ли там? Тем более что она держала в квартире урну с прахом умершего мужа. Жалобу проверяла санэпидстанция, установившая, что урна с прахом запечатана и запах источать не может. Правда, кто-то видел, как эта урна летала по квартире.
— Варвара Петровна, не попахивает ли там мистикой?
— Нет, ремонта не делали.
— При чем здесь ремонт?
— Так спросил же, не пахнет ли мастикой?
— Не мастикой, а мистикой. То есть всякой чертовщиной.
Начальство обязывало вести профилактику преступлений. Майор говорит, что профилактика — это реализация подозрений. Квартира номер двадцать шесть подозрительна. Значит, требует проверки. А как? Ни для постоянного наблюдения за квартирой, ни для обыска оснований не было. Оставалось лишь нанести частный визит и глянуть, происходят ли там какие-нибудь мерзопакости.
— Варвара Петровна, а где ваша напарница? Татьяна?
— На третьей лестнице убирает.
— Зовите немедленно.
— Зачем еще?
— Она моя внештатная понятая.
Оранжевого цвета прибыло — подошла Татьяна в такой же куртке. Чистая морковка! Капитан заговорил:
— Татьяна...
— Аиньки?
— Что?
— Я так произношу «а». От бабушки переняла.
— Ты жаждешь оперативной работы? Так пошли...
Глава 22
Дверь квартиры номер двадцать шесть удивила Палладьева старомодной монументальностью. Он надавил медную пупочку звонка. Поверхность вишневой кожи, узорчато обитая такими же, как и звонок, медными гвоздиками, тяжело отворилась. За дверью стояла импозантная, под стать двери, дама.
Опер представился:
— Капитан Палладьев, ваш новый участковый.
— На меня опять жалоба?
— Отнюдь, Магда Артемьевна.
— Тогда чем обязана?
— Милиция внедряет новый вид обслуживания населения: проводит опрос насчет претензий.
— Не поняла...
— Магда Артемьевна, есть ли у вас какие-либо пожелания?
Она улыбнулась, широко распахнула дверь и впустила в квартиру:
— Участковый, это очень мило. Чашечку кофе?
— Не откажемся.
Кофе был кстати — осмотреться. Хозяйка привела их не на кухню, а в гостиную, вид которой несколько удивлял: в большой комнате вдоль стен стояли два дивана, а посреди — квадратная тахта, покрытая ковром. Столик же для кофе был каким-то гномистым — на две, не более, чашечки. По углам — кресла, по стенам — кашпо с диковинными лианами, усеянными бокальчиками бордовых цветков. Везде ковры: на полу, на креслах и диванах... И огромный платяной шкаф, стоявший с каким-то надзирающим видом. Может, так и должен выглядеть салон в благородном доме?
— Вообще-то, Магда Артемьевна, соседи отмечают, что к вам ходит много народу...
— А что, это запрещено?
— Пожалуйста, лишь бы люди были хорошие.
— Участковый, я ведь женщина одинокая.
— Кстати, почему?
Она взяла пачку сигарет, зажигалку и объяснила:
— Когда я курю, чувствую себя деловой женщиной.