— Маразм на фоне Интернета.
— Что ж так мрачно?
— Вы бы знали, что за девятиэтажка на моем участке...
— Игорь, жди.
— Чего?
— Пойду я на пенсию и открою частное сыскное бюро. Разберемся со всеми девятью этажами.
Глава 26
Палладьев старался вникать в психологию криминального элемента и никогда не мог разобраться в себе самом. А вот требовалось... Что-то с ним происходило. Или с миром вокруг? Но ведь мир перекосить не могло. Будто каждую ночь сидел в засаде, или утром выпивал бокал сухого вина, или тем же утром получал боксерский удар по голове.
Капитан подъехал к дому номер сорок. Зачем? Ему вроде бы ничего тут не нужно. Впрочем, участковый обязан следить за порядком и чистотой.
К нему подошла Варвара Петровна. Опер нашелся что сказать:
— А куда девались все кошки?
— Отравили.
— В парке исчезли вороны, да и голубей почти нет.
— Чище будет.
Палладьев не согласился. Меньше стало собак. В пригороде пропали комары. Все чаще сохли деревья. Город лишался и намека на природу. Впрочем, жители не сожалели, потому что многие переселились в город, сбежав от этой самой природы. Да и выросло новое поколение, которое общаться с природой ездило в Таиланд.
Подошла и Татьяна. Опер не то встрепенулся, не то нахохлился. Почти обиженно спросил:
— Что-то давно тебя не видел?
— Три дня.
— Разве? А я стал подозревать, что ты вышла замуж.
Она засмеялась, и ее смех лег теплом на его грудь.
— Мне для замужества нужен оригинальный человек при загадочных обстоятельствах.
Про оригинального человека опер понял, а вот про загадочные обстоятельства... Заметив его недоумение, Татьяна решила объяснить:
— Игорь, на моем месте раньше работала тетя Катя, ей уж за пятьдесят было. Отчаянная грибница. Одна в лес ходила, не боялась. Однажды слышит голос: «Гражданка, помогите!» Подошла. Пожилой мужчина, одет прилично, глаза веселые, седые усики, спортивная куртка... У него целая корзинка грибов: шляпки плоские, в светлых чешуйках. Ежевики. Не поганки, но гриб невкусный, деревянистый. Разговорились, он тоже грибник. Стали за грибами ходить вместе. Пока не заблудились. Темно, кочки, тетя Катя в слезы. А ее спутник шутит: к чему слезы, если есть мобильник? Достал его и позвонил. Через пятнадцать минут над головами треск — вертолет. Забрал их и доставил в город. Тетя Катя еще больше испугалась: не шпион ли он? А он оказался генерал.
— Милицейский?
— Круче, ФСБ.
— Ну а дальше что?
— А дальше — свадьба. Они оба на пенсии и живут в нашем доме номер сорок.
— Тут мне заплакать?
— От чего?
— От умиления...
Палладьев мог бы рассказать ей множество историй о другой любви, где пили, дрались и убивали. И, главное, коверкали судьбы детей. Красивое и почти святое понятие «любовь» обросло всякой гадостью, как навозная куча поганками. Впрочем, об этом все сказано в классической литературе: почти каждый роман кончается гибелью женщины.
— Татьяна, я расскажу другую грибную историю. Наш майор Леденцов из леса осенью не вылезает. Шел как-то в августе краем сухого болотца и видит картину: стоит на опушке иномарка, невдалеке парень жарит на костерке шашлык, рядом женщина. Майор подошел. Ничего не понимает... Абсолютно голая женщина привязана к сосне. Комары на ней... Леденцов ввязался. Оказывается, этот молодой человек наказывал свою подругу за измену. А она не кричит и на помощь не зовет, стыдно ей, ведь голая... Только стонет.
— Господи помилуй!
Варвара Петровна больше не стала слушать глупые разговоры о любви и ушла. Опер понял, зачем он приехал к дому номер сорок, — он забыл цвет Татьяниных глаз: карих, цвета влажного шоколада. Уточнил — взгляд не отстраненный, а отстраняющий. Но тут на девушку упал солнечный луч, отчего голова стала походить на громадный переспелый абрикос. Опер понял, что умрет без кофе.
— Татьяна, у тебя получается, что любовь связана с грибами, а у меня — с кофе. Хотя бы один баррель.
— А хочешь, пойдем к моей бабушке? Она в этом доме живет.
— Она тоже генерал?
— А ты думал, в нашем доме только всякие уроды живут вроде Женьки да Батонова?
Он уже так не думал, потому что в доме номер сорок жила Татьяна.
Они вызвали лифт. Там, в лифте, Палладьев закопался лицом в ее макушку.
— Игорь, что с тобой?
— Нюхаю, хочу определить, красишь ли ты волосы морковкой?
Наверное, она хотела возмутиться, но не успела. Игорь закрыл ее рот своими губами.
Глава 27
Нина Мартьяновна любовалась дочерью. Высокая, гибкая, модная... Восточная красавица: голый живот; полуобнаженная грудь; тяжелый пояс, украшенный стразами. Брюки какого-то особого покроя, или, может, они называются шароварами? Гламурная внешность. Пожалуй, мешает некоторая угловатость.