— Капитан, она меня шантажировала, — вполголоса сообщил Батонов.
— Чем?
— Якобы она от меня забеременела...
Палладьев схватил директора за плечи и сунул в холодильник головой вперед. Батонов попробовал вырваться, но капитан как бы утрамбовал его коленом и с силой захлопнул дверь. Тугой, еще неразработанный, замок защелкнулся намертво. Батонов стучал, бился и заходился в крике, но все звуки были невнятны, как из-под земли.
— Посиди-посиди, она тоже мучилась, — буркнул капитан.
Он расположился в директорском кресле. Вечер. Административное здание притихло. Секретарша, приученная беречь покой хозяина, в кабинет не заглядывала. Палладьев погрузился в раздумья. Или покойную усталую истому...
Надо искать соучастников: холодильник грузили и сбрасывали в овраг не менее двух мужиков, скорее всего охранники фирмы. Надо позвонить майору Леденцову, да и Рябинину сообщить. Минут через десять надо выпустить Батонова, на это время ему воздуха хватит.
В соседней приемной щелкнула входная дверь — видимо, секретарша ушла. И тишина как бы уплотнилась. Комфортабельное кресло, обитое каким-то мехом, грело спину. Зеленый свет лампы ложился на белизну холодильников, отчего они сделались нежно-изумрудными...
Капитан подавил неосознанное желание — откинуть голову на мягкий подголовник кресла. Нельзя, уснет. Впрочем, всего на десять минут — ему хватит...
Палладьев лег затылком на мех подголовника. Тело обмякло, будто кресло поглотило его. Зеленый туман, ласковый мех, кабинетная тишина...
Капитан вздрогнул — звонил один из директорских телефонов. Палладьев испуганно глянул на часы — он проспал полчаса. Капитан бросился к холодильнику и распахнул его...
Тело Батонова шлепнулось на пол и как прилипло к нему. Опер схватил его за руку и пощупал пульс. Эту руку он опустил на тело, словно возложил.
Капитан постоял беззвучно рядом с изумрудным холодильником в зеленом воздухе... Затем достал мобильник и позвонил Рябинину:
— Сергей Георгиевич, я убил Батонова...
Глава 35
В РУВД, обычно шумном, стояла выжидательная тишина... Майор Леденцов вместо бутылки пива выпил стакан водки. Прокурор района молча хмурился. Еще бы, опер убил директора фирмы. Этого опера пока отстранили от работы.
В сущности, хлопоты легли на плечи Рябинина. Прокуратура города возбудила уголовное дело и вознамерилась Палладьева арестовать. Сначала Рябинин побывал у прокурора города, расхваливал Палладьева за его оперативные качества. Потом целый день спорил со следователем, ведущим дело, доказывая, что капитан совершил неосторожное убийство, так как смерти директора не хотел и не мог ее предвидеть. Палладьеву предъявили обвинение и взяли подписку о невыезде.
По пути в свою районную прокуратуру, Рябинин заскочил в РУВД к Леденцову. У него в кабинете топтался лейтенант Лошадников, приехавший морально поддержать коллегу.
— Сергей, звонил Игорь, сидит дома, — сообщил Леденцов.
— Как он?
— Просил к нему приехать.
— Надо, — решил следователь.
— Можно и мне с вами? — спросил Лошадников.
Втроем они сели в машину и через полчаса приехали к дому капитана. Леденцов должен был поехать, потому что был его начальником; Рябинин поехал, потому что знал, в каком психическом состоянии пребывал опер; Лошадникова соединяла с капитаном девятиэтажка...
Палладьев открыл дверь. Рябинин впервые видел его в костюме, Леденцов впервые видел его при галстуке, Лошадников впервые видел капитана тихим и неторопливым. Хозяин провел их в комнату своей малогабаритки, где гости замерли у входа в молчаливом изумлении.
Посреди комнаты, как на рекламе элитного ресторана, раскинулся стол: бутылки, шампанское, закуски, фрукты, фужеры... Даже цветы и накрахмаленные салфетки. Но их шаги сковало другое — за столом сидела девушка.
— Капитан, неужели ты решил отметить конец своего уголовного дела? Не рановато? — удивился Рябинин.
— Мы за стол не сядем, — отрезал майор.
— Я хочу отметить другое — помолвку. Вдруг потом не получится, — объяснил Палладьев.
— С этой девушкой? — спросил Рябинин.
— Что же ты раньше молчал? — буркнул Леденцов.
— Опера в отделе знают. Они мне преподнесли подарок — капучинницу.