— Я надеюсь, есть видеозапись того, что происходило в городе непосредственно перед ударом?
Если сравнить ее, скажем, с тем, что они сейчас тут наблюдают, то можно уже делать окончательные выводы, подумал Ким. Мысль сама по себе здравая и очень даже заслуживающая внимания. Вдруг они здесь с самого утра торчат? Баев смотрел на мизайцев и поэтому не видел, как Кушевич развел руками.
— Нет, к сожалению... Я тоже об этом подумал, но спутник тогда вышел из зоны приема. Стечение обстоятельств, черт бы их побрал!
Лаони вздохнул, но ничего не сказал, все и так было понятно. Баев молча, тяжело посмотрел на обоих, потом сухо произнес:
— Обстоятельства, говорите? А по-моему, элементарное разгильдяйство! — Жаль, очень жаль, что нет записи, было куда бы проще и сравнивать, и делать выводы. — Ладно, об этом после, а сейчас посмотрите, что происходит в других частях города.
Кушевич тут же связался с Центром наблюдения и через минуту доложил:
— Здесь фактически все жители. Дать общий план местности?
— Не надо, верю... Сделайте спектральный анализ той башни, — он указал на мрачное сооружение. «Отшельника» подключать не хотелось, пусть следит за общим фоном.
— Секунду... Хм, да ничего особенного, обыкновенный булыжник.
— Понятно... Знаете, инк моего «Отшельника» тут, на месте, сразу разобрался, что все дело в пси-энергии, и теперь осталось только выяснить, какой именно. Сдается мне, что дело не в одних мизайцах. Но кто тогда нагнетает тут пси-энергию, кто гонит пси-волну, кто ввел их в ступор? — Баев дернул подбородком в сторону Лаони, который никак не участвовал в разговоре, а лишь заинтересованно посматривал да иногда хмыкал. И то и другое делал набычившись. — Вы исследовали Мизай по стандартной программе, отметили что-нибудь необычное, хоть что-то, не вписывающееся в рамки этой программы?
Лаони пошевелился в кресле и сдержанно ответил:
— Ну, не знаю, с человеческой точки зрения тут много чего, все-таки иная раса, пусть разумная жизнь и произошла от приматов, земной аналог — гиббоны. Но выделить что-нибудь необычное? — Он развел руками, как и Кушевич совсем недавно. — За три недели наблюдений и сбора информации ничего такого, что заслужило бы самого пристального внимания, разве что относительная цикличность их развития. Но наблюдения эти стоят с научной точки зрения немного, ибо нет доказательной базы, для этого нужно время. А что за три недели успеешь? Только поверхностные исследования. Да и на «Ронаре» у нас всего лишь научный сектор, а не полноценный отдел с многопрофильными специалистами, которые смогли бы...
— Ближе к делу!
— Я и говорю, такое ощущение, что их общество развивалось скачкообразно, если можно так выразиться. Причина подобного неясна, но это явно какой-то внутренний фактор, дестабилизирующий все общество в целом, по крайней мере в этом районе. В связи с этим наблюдается заторможенность объективного восприятия ими окружающей действительности, отсюда и их апатия, производственные отношения в зачаточном состоянии, общество менового типа, а сама цивилизация классифицирована как низшая...
— А что там с культами?
Баев, расспрашивая, преследовал одну цель: он хотел выяснить хоть что-то, имеющее отношение к психотронной установке — как, например, она сюда попала, откуда вообще взялась. И цикличность развития местного общества доказывала, что действие установки влияло и на них. То есть они не погибали, как земляне, а просто «тупели», но после возвращались в норму. Вот такое интересное кино тут крутится. Домыслы, что подобную установку мизайцы сделали сами, он окончательно отмел, как не имеющие никаких оснований.
— Ну, во-первых, не культы, а культ. — Лаони не обиделся, что его бесцеремонно перебили, только набычился еще больше и совсем уж стал похож на недовольного бегемота. — А во-вторых, смею напомнить, что эти выводы сделаны на основе поверхностного ментосканирования. Отсюда же и информация об этом культе, который называется не то Возрождение, не то Возвышение, как точно, непонятно, и что из себя конкретно представляет, хм, к сожалению, тоже. — И Лаони угрюмо, почти с вызовом, посмотрел на Баева. Тот прекрасно понял этот взгляд: что вы, мол, от нас-то хотите? Цивилизация низшего уровня, угрозы не представляет (вернее, не представляла), так на хрен она сдалась, чего ее изучать, время тратить? Если основная задача-то выполняется и эти придурки под ногами не путаются? Была бы насущная необходимость, как сейчас, например, то наизнанку бы вывернули, докопались бы до начал, а так... Баев читал мысли Лаони как открытую книгу, и было ему отчего-то от них и горько, и обидно. Не за мизайцев, что сейчас оказались крайними, а за общее отношение. И пусть человечество за десятилетия звездной экспансии насмотрелось уже на всякое и всяких, но он все равно не мог равнодушно относиться к такому вот неприкрытому цинизму развитых, могучих и почти всесильных к малым, отсталым и слабым. Коробило Баева такое вот отношение. А сам-то? — мелькнула неприятная мысль. Ты же пришел сюда с единственной целью — устранить помеху, возникшую неизвестно откуда, чтобы и дальше можно было вгрызаться в недра, при этом не оглядываясь по сторонам в ожидании смертельного удара из-за угла. «Нет, — тут же осадил себя Баев, — я подхожу к проблеме прежде всего как профессионал, я отвечаю в первую очередь за безопасность людей и поэтому мне совершенно небезразлична судьба мира, в котором эти люди потом будут жить и работать».