Шеф шумно выдохнул, взял сигарету, закурил.
— Ладно, проехали... — великодушно пробасил он. — Как у нас дела с анализом образцов грунта из Медвежьего урочища?
— По предварительным результатам ничего необычного нет, — сказал я в сторону, стараясь выглядеть обиженным, — тем более что в некоторых образцах обнаружены следы горевшего авиационного керосина. На поляне хорошее место для пикника, поэтому можно предположить, что кто-то ранее разжигал керосином костер. Либо мы опять имеем дело с мистификацией. Окончательный ответ обещали дать в конце следующей недели.
— Авиационный керосин, говоришь... — задумчиво протянул шеф. — Странно. Логичнее было бы разжигать костер бензином или соляркой.
— Нет, — возразил я. — В урочище автотранспортом не добраться. Пешком, либо вертолетом.
— Откуда там вертолету взяться?
— В лесничестве говорят, что заместитель губернатора к ним частенько наведывается поохотиться. Иногда на вертолете.
— Понятно... — разочарованно протянул шеф. — Быстрее анализы сделать не могут?
— Могут, — кивнул я, по-прежнему глядя в сторону. — Но анализы вне очереди лаборатория делает по завышенным расценкам.
— Вот видишь! — шеф повысил голос. — Везде деньги! Где я их возьму на командировку при нашем скудном финансировании? А спонсор на поездку в Бубякино копейки не даст!
Моя уловка начинала работать, и на поездке в Бубякино было рано ставить крест.
— Я и не прошу, — тихо сказал я, глядя в стол. — Могу за свой счет...
— У тебя что, до конца следующей недели работы нет?
Шеф раздраженно загасил в пепельнице окурок и закурил следующую сигарету.
— Работу всегда можно найти, — безразлично заметил я. — Диссертацию надо заканчивать...
— Кстати, о диссертации, — воспрянул духом шеф, ухватившись за оброненное слово. — У меня есть прекрасные данные по Алатой-скому диву как раз по твоей теме.
— Я их уже использовал, — корректно сообщил я.
— Да? — удивился шеф.
— Да. Эти данные вы предоставили мне полгода назад.
Шеф смущенно вздохнул, глубоко затянулся сигаретой. Беззащитные, как у всех близоруких, глаза окончательно погрустнели за толстыми линзами очков.
— Что-то я поглупел на старости лет... — пробормотал он. — Вижу, к чему клонишь... Не совсем дурак. Ты в отпуске давно не был?
— Два года.
— Решил недельку развлечься, потусоваться...
— Поездку я планирую исключительно в научных целях, — с каменным лицом парировал я, хотя на самом деле шеф был прав на сто процентов. Праздник и в захолустье праздник, а научные цели только предлог.
Шеф окончательно смутился, снял очки, протер платком, снова надел их.
— Молодо-зелено... — грустно сказал он. — Ладно, пусть будет по-твоему, поезжай.
— Спасибо, — сдерживая улыбку, кивнул я и поднялся со стула. Своего я добился.
— Погоди, сядь, — остановил меня шеф. Я сел. — Запомни, ты туда едешь как частное лицо! — предупредил он. — Если Поярков узнает, грязью так обольет, что вовек не отмоешься. Твое желание уважаю, но лично я не хочу иметь к этому никакого отношения.
— Хорошо, — сказал я, достал удостоверение и протянул шефу. — Пусть будет у вас до моего возвращения. Если встречу кого-то из общих знакомых, скажу, что ушел из института и теперь сам по себе.
— Правильно... — покивал он и снова вздохнул. — Командировочных дать не могу, сам знаешь наше финансовое положение... Но можешь взять «Хаммер» — нечего тебе автостопом добираться. Знаю, что там за дороги и как часто по ним ездят.
— Ну, шеф, уважили! — не смог сдержаться я от улыбки. — Огромное спасибо!
На такой царский жест я не рассчитывал. Добрый все-таки у меня шеф. И человек хороший. В работе кремень, но в жизненных ситуациях — мягок, как глина. Лепи из него что хочешь. Я и лепил по мере надобности, но старался не злоупотреблять.
— Ладно, иди... — расчувствовался шеф и махнул рукой.
Я встал и направился к двери.
— Не забудь, — сказал шеф в спину, — ко всей чуши, которая будет твориться в Бубякино, я не должен иметь никакого отношения! Это надо такое придумать — День Пришельца! Бред полный...
К мотелю с невзрачным названием «91-й километр» на трассе Ворочаевск — Усть-Мантуг, возле которого красовался громадный претенциозно-зазывной плакат: «Отдохни, водитель, если не хочешь ночевать в кювете!», я подъехал поздним вечером. До Бубякино оставалось часа три пути, но, зная местные дороги, я не решился ехать ночью, чтобы не заблудиться в лесах. Не помог бы и навигатор глобальной системы позиционирования — из-за влияния квазимагнитных полей Кашимского аномального треугольника он категорически отказывалась работать.