«А свидетели долго не живут», — Андрею вспомнился их с Говардом разговор о незваных гостях на острове Моро.
Эля посмотрела на Фуфу, потом на Андрея:
— Я все думала, сам Опекун со мной разберется или направит кого? Может, ту женщину с томным голосом и направит. А потом в голову пришло: зачем им самим мараться? Дадут моему «супругу» знать, что на него стучат, подскажут и кто стучит. Остальное — не их забота, он и сам прекрасно справится. А сбегу я, не только сами искать будут, но и его натравят. Но тут есть шанс... В общем, как я ситуацию ни мусолила, а выходило, что нужно мне выгадывать время, бежать сразу и подальше. Ну не вешаться же, в самом деле!
— И ты побежала,! — сказал Андрей, чтобы что-то сказать, потому что Эля замолчала, а зрачки ее будто выцвели, как у рептилий, чьи глаза прикрывает полупрозрачная пленка.
— А? Что? — Взгляд девушки постепенно вновь обрел ясность. — Да, побежала. Несколько часов у меня в запасе было, и я многое успела. Матери позвонила — на сестру попала. Сказала, что уезжаю надолго, чтобы не искали, что сама дам о себе знать, когда можно будет. А кто спрашивать будет, так и говорите: стерва она, свалила куда-то, а куда — черт ее знает, вот пусть и катится к черту. Сестра разревелась, а я трубку положила, сил больше не было врать. Шмотки кое-какие собрала и помчалась на вокзал. На электричке приехала в Москву. Была там у меня одна знакомая, на бухгалтерских курсах вместе учились, она потом в столицу подалась, в турфирму устроилась. Вот к ней я и кинулась. Загранпаспорт у меня был с собой, деньги тоже были, сколько она сказала, столько и отдала, так что следующим утром я уже в самолете летела — над Балканами. Что дальше делать буду, об этом не задумывалась, для меня на тот момент главным было — из России убраться. А Европа большая, да и на ней свет клином не сошелся.
Андрей обвел глазами поляну: да уж, не Европа. Лучше!
— Как жила, где была, о том долго рассказывать. Вот, говорят, за границей порядок железный, все учтено, народ по струнке ходит. Чепуха! Люди везде одинаковые — есть честные и есть те, что мзду берут, есть стойкие семьянины, а есть козлы похотливые. С их помощью, козлов этих и взяточников. я по Европе и прошарашила. Документы несколько раз меняла и, казалось, так следы запутала, что впору успокоиться, осесть. Но не тут-то было. Я иногда звонила кое-кому из тверских девчонок, так что знала: ищут меня, разные люди ищут. Бывший любовник мой, как из Питера вернулся, тоже искать бросился, день-два покрутился и пропал, ни слуха о нем, ни духа. А эти, другие, все ходят, расспрашивают, вынюхивают. И знакомая моя из Москвы о том же: были у нее, припугнули, замешаны, мол, так что, гражданочка, позвоните, когда подружка ваша объявится. Рассказала она мне все это, а под конец говорит: «Извини, но я им сейчас позвоню. О тебе я позаботилась, теперь о себе позаботиться надо». Я мобильник выбросила, чтобы номер не проследили, ноги в руки с испугу — и за океан, в Южную Америку, туда попасть не сравнить как проще, чем в Северную. В Колумбии была, в Венесуэле, в Панаме жила, в Штаты наведывалась, в Сан-Франциско, в Атланту. В Нью-Йорке я тверского инженера-оружейника встретила. Сбылась мечта идиота: слинял из России в края благословенные. Не я его узнала, он — меня. Подошел, обниматься полез. Потом рассказал, что после моего отъезда происходило, как искали меня. А под конец денег попросил взаймы, потому что обули его на Брайтоне так грамотно, что ни цента не осталось. Дала я ему денег немного — и назад, в Панаму, от русских эмигрантов подальше, а то развелось их в Штатах, как блох на дворняжке. А полгода спустя на Багамские острова перебралась, к американским туристам поближе. Там легче деньги заработать.
Эля опять замолчала, и снова ее глаза, казалось, подернулись пленкой. Андрей не стал торопить события. Он ждал. Хотя и представлял, что услышит.
— Чего не спрашиваешь, чем зарабатывала? Я отвечу. — Эля похлопала себя ладонью по плавкам. — Вот этим. Передком. Чего морщишься?
— И не думал, — возразил Андрей, под аккомпанемент тяжелого дыхания Фуфы.
— Показалось, значит. А чем я еще могла на жизнь заработать? Деньги, что с собой из Твери прихватила, быстро улетучились. Но я не сразу на панель пошла, потрепыхалась немного. Только кому я там нужна с липовыми документами, лапотной своей бухгалтерией и рассказиками о русской провинции! Когда совсем туго стало, в Панаме уже, пересилила я себя, потрепалась с девками уличными, они сначала покобенились, а потом присоветовали одного сутенера. Человек, говорят, приличный, жена, дети, ты ему как баба не нужна, хоть ты и блондинка натуральная, а тут блондинок любят. Руки без нужды тоже не распускает, ты ему, главное, денежки неси, у врачей проверяйся, чтобы от клиентов претензий не было, а он тебя в случае чего и от полиции отмажет, и документы новые справит. Так и оказалось — солидный человек, а для его профессии — и впрямь порядочный. Хорошо ко мне относился, заботился.