Не раздалось ни звука. Лица были закрыты масками, но можно было предположить, что все сидели с раскрытыми от удивления ртами. Кичжун невозмутимо продолжал:
– Теперь мы все будем жить здесь с открытыми лицами. Я буду одет в ту же одежду, что и вы. Мои тапочки и одежду вот-вот подвезут.
– Здесь есть преступник, а мы должны открывать лица? Вы шутите, что ли? – резко возразил Чунсон. Все участники реагировали одинаково. Но, похоже, Кичжун не собирался отступать.
– Прошу содействия. Это необходимо для поимки преступника. Если не поймать его, вы все тоже окажетесь в опасности.
Чунсон фыркнул:
– А что это за указы такие, делай так да сяк? Не могу больше терпеть! Не в том вы положении, знаете ли. Компенсации предложить не можете, а туда же, упорно распоряжаетесь.
Все закивали.
– Отпустите нас. Вы же признали свою ошибку. Разве не будет правильным нас отпустить, а вам, специалистам, понести ответственность? – сказал Циник Чонсоп. И тут же все стали высказываться.
– Но преступник действительно среди нас? Как можно это утверждать? Можно ли вообще это делать, даже не имея достоверных доказательств?!
– Продолжать эксперимент, в котором погибли люди! Вы вообще в своем уме?
– В конце концов, из-за этого эксперимента люди погибли! Наверняка была какая-то причина, почему преступник совершил такое злодеяние!
– Его что-то на первом этапе спровоцировало, не иначе!
Кичжун какое-то время слушал, но тут перебил их, сделав останавливающий жест руками:
– Тому, что преступник находится здесь, есть подтверждение. Просто я не могу вам всего рассказать.
– А нам что до этого! Можно сказать, ваша компашка тут двоих на тот свет отправила. Так что отойди в сторону! Дверь открой, тебе говорят! У меня есть право уйти отсюда. Это незаконное удержание!
На эмоциях участники оттолкнули Хон Кичжуна и побежали к двери.
– Это не поможет.
В ответ на слова Хон Кичжуна кто-то подбежал к нему и схватил за шею.
– Открой дверь. Я тебе приказываю, открой дверь! Нет? Не можешь? То есть тебе все равно, если мы тебя здесь убъем? Сюда зашел ко всему готовым?
Это был Дылда, Сухо. Когда Кичжун не отреагировал, он замахнулся кулаком. Чунсон стал его сдерживать, однако один удар по лицу Сухо успел сделать.
Губа треснула, но Хон Кичжун усмехнулся. Участники, обернувшись, смотрели на Кичжуна. Юнги тоже вознамерился кинуться к нему. Если бы Чонсоп не удержал его, перехватив за поясницу, Кичжун бы еще раз схлопотал по лицу.
Это произошло меньше чем за десять секунд. Дверь «STAFF ONLY» открылась, и ворвались четверо охранников в черной форме, но к тому времени инцидент уже был исчерпан.
Губы Кичжуна были разбиты в двух местах, виски горели. И при этом Кичжун не прекращал загадочно посмеиваться. Разбитый рот окрасил кровью передние зубы, отчего его вид был еще более ужасающим. Участники были шокированы.
– Э-э-этот совсем сбрендил! – выкрикнул Сухо. Его подбородок дрожал.
Кичжун, пошатываясь, поднялся:
– Верно. Я вас удерживаю. И выйти вы не можете в любом случае. Так давайте же поймаем преступника. Я буду ответственным И мне необходимо видеть лицо, видеть выражение лица, тогда я смогу его поймать, ведь так? Не надо воспринимать все только на уровне эмоций. Я предлагаю подумать с практической точки зрения. Если иначе никак, маски можно снять и против воли.
– Ты глянь, как упирается!
– Эксперимент спровоцировал преступника, и он совершил преступление? Не смешите.
– Этот злодей уже был убийцей.
В ту же секунду все замерли.
– Злодей уже до этого совершал убийства. Десять лет назад я не смог его поймать. Но эксперимент подтолкнул его к этим действиям. Он изначально проник сюда, поскольку хотел совершить убийство, вот в чем дело.
Было совершенно ясно, какова теперь цель. Возможно, из-за этого царила напряженная атмосфера. Диван вернули обратно в круг. На столе ничего не было.
Все это напоминало какой-то ритуал. Участники сначала сняли перчатки, затем неудобную обувь, корректирующую рост. И сразу же разница в росте участников стала заметной.
Когда наконец пришла очередь снимать маски, наступило всеобщее замешательство. Было высказано мнение, что для начала надо послушать преобразованные голоса друг друга. Чтобы понять, кто есть кто. Все согласились.
В течение нескольких часов, прошедших до тех пор как участники подчинились, шло противостояние – кто кого. В конце концов все стали следовать указаниям. Имели воздействие слова Кичжуна, четко обозначающие, что «преступника можно поймать только при условии, что его выражение лица должно быть видно», его намеренные манипуляции типа «Разве вам не жаль погибших коллег», изначальный страх перед преступником, к тому же убийцей. Да и в любом случае выйти отсюда нельзя. Осознание того, что если ничего не делать и пытаться протянуть время, то ситуация станет только хуже.