– Есть ли среди вас те, кто знаком с песней вардлок, что зачаровывает духов? – вёльва вглядывалась в женщин, стоящих возле нее. Но все они молчали.
Люди отправились в селение на поиски того, кто знает вардлок. Найти удалось лишь одну – Гудрид.
– Я не колдунья и не ворожея, но, когда я была в Исландии, Халльдис, моя приемная мать, научила меня этой песне. Но я христианка, и мне не пристало принимать участие в таких обрядах, – засомневалась Гудрид.
– Но ты бы могла помочь людям, и тебе бы это никак не навредило. Впрочем, это дело Торкеля – позаботиться о том, что мне нужно, – ответила вёльва.
Торкель долго уговаривал Гудрид, и в конце концов она согласилась. Женщины селенья встали кольцом вокруг помоста, на котором сидела Торбьёрг. А Гудрид запела с удивительной красотой. Никто из присутствующих раньше не слышал ничего подобного.
– Раньше духи скрывались и отказывались меня слушать, но им понравилась твоя песня, и теперь многие из них здесь, – Торбьёрг благодарно улыбнулась Гудрид. – Мне открылось то, что было скрыто и от меня, и от других. Теперь я могу сказать: голод скоро кончится, и весной настанут лучшие времена. Болезнь, которая долго мучила людей, отступит быстрее, чем мы думали. Я вижу и твою судьбу, Гудрид! Ты выйдешь замуж здесь, в Гренландии, за самого достойного человека. Но брак этот будет недолгим. Все твои пути ведут в Исландию, и там от тебя произойдет великий и славный род. Над твоими потомками засияет яркий свет. Будь же здорова и счастлива, дочь моя!
К ворожее потянулись люди. Все хотели знать свою судьбу. Почти все предсказания Торбьёрг сбылись. Только когда пришли люди из соседнего хутора, тоже желавшие узнать о будущем, она была вынуждена покинуть дом Торкеля. Стоило ей уйти, как вернулся Торбьёрн: он не хотел оставаться в доме, пока там проводили такие обряды.
Вскоре пришла весна, погода наладилась, болезнь и голод отступили – всё, как и предсказывала Торбьёрг. Торбьёрн снарядил свой корабль и поплыл к Крутому Склону. Наконец, он добрался до дома Эйрика. Тот встретил его с распростертыми объятиями, обрадовавшись приезду старого друга. Торбьёрн со своими людьми остался зимовать у Эйрика. А весной Эйрик дал Торбьёрну землю на Бревенном Мысу. Он построил хорошую усадьбу и с тех пор жил там.
5
Крещение Гренландии и Виноградная Страна
У Эйрика Рыжего и Тьодхильд за это время выросло I двое сыновей – Торстейн и Лейф. Оба были многообещающими юношами. Торстейн оставался дома с отцом, и не было тогда в Гренландии никого, кто подавал бы бόльшие надежды, чем он. Лейф же путешествовал в поисках новых земель.
Когда летом Лейф отправился из Гренландии в очередное плавание, его корабль отнесло к Гебридским островам. Он и его люди оставались там большую часть лета, ожидая попутного ветра. На островах Лейф встретил женщину по имени Торгунна, которая принадлежала к знатному роду и умела колдовать. Они полюбили друг друга, но вот пришло время Лейфу уплывать.
– Лейф, возьми меня с собой в твои земли, – попросила его Торгунна.
– Не будут ли твои родственники против такого?
– Мне все равно, что они скажут.
– Я не могу пойти на такое – похитить знатную женщину из чужой страны, – сказал Лейф. – Ведь я не смогу тебя защитить.
– Неизвестно еще, как для тебя будет лучше… – загадочно ответила Торгунна.
– И все же я так не поступлю, – настаивал на своем Лейф.
– Тогда знай: я беременна и чувствую, что это мальчик. Я понимаю, что ты не захочешь взять его с собой, но я сама воспитаю мальчика и пришлю тебе в Гренландию, как только он сможет сесть на корабль. Я чувствую, что ты не будешь рад сыну от меня. И все же рано или поздно я намерена приехать в Гренландию.
Лейф подарил ей на прощание дорогой перстень, гренландский плащ и пояс с пластинками из моржовой кости.
Мальчик родился в срок, и его назвали Торгильсом. Став взрослым, он и правда приехал в Гренландию, и Лейф, несмотря на ожидания Торгунны, признал его своим сыном. Люди говорили, что Торгильс приезжал в Исландию как раз перед чудесами на хуторе Фрода. Чудеса там начались после того, как на хуторе поселилась и умерла женщина с Гебридских островов – та самая Торгунна, мать Торгильса. После ее смерти там стали являться привидения и водиться всякая нечисть. Сам Торгильс остался жить в Исландии, и всю жизнь люди чувствовали в нем что-то зловещее.
Лейф и его люди отплыли с Гебридских островов и осенью достигли Норвегии. Лейф пошел к конунгу Олаву, сыну Трюггви, и тот принял его с большим почетом, разглядев в нем достойного человека.