Набережная тонула во тьме – даже звезды будто исчезли. Соран, приехавшая верхом на коне Синвона, тяжело спрыгнула на землю. «Вот тот самый корабль…» Будто загипнотизированная, она направилась к нему. Лишь увидев судно, покачивающееся на черной воде, по-настоящему почувствовала: «Я и правда уезжаю».
Люди сновали по трапу туда-сюда, но никто не говорил ни слова. Казалось, ее одну сейчас переполняют чувства – только у нее сердце разрывается на части. Она одна посреди безмолвия, на краю родины.
Слезы, глупые и непрошеные, снова подступили к глазам. Синвон молча похлопал ее по плечу, но сердце не успокаивалось.
– Мать с отцом прислали письмо, – сказал он. – Сказали, что не вынесут смотреть, как мы уезжаем.
В груди болезненно сжалось. Для господина Ли Чонхака и госпожи Сон эта новость, наверное, как гром среди ясного неба.
– Прочтем после отплытия, – предложил Синвон.
Соран кивнула.
Корабль казался большим и неприветливым. В Чемульпо им предстояло пересесть на торговое судно еще крупнее; страшно было и представить, каким оно окажется.
– Пойдем.
Слуга Синвона уже успел погрузить багаж. Оставалось только ступить на палубу.
Доски дрогнули, непривычная качка мягко подхватила их. Соран встала у края палубы и оглянулась на пристань. Сердце колотилось, как у пойманной птицы. Стоило смежить веки – и перед глазами всплывал он. Ли Хон. Для нее Чосон всегда будет страной Ли Хона. Она увезет с собой лишь память о том, как горячо любила, как была любима. Все, что было между ними, – все, что стало частью ее.
Близился рассвет.
Громкий, глухой гудок – и нос судна прорезал воду Хангана. Качнуло сильнее, Соран крепко зажмурилась. Сквозь закрытые веки просочились горячие слезы. «Ну вот и прощай. Навсегда», – едва слышно шепнула она в ночь.
Открыв глаза, она увидела только густую черноту. Вода цвета чернил, глубокая, как сама печаль. Хотелось обмакнуть в нее кисть и написать ему письмо о своей тоске.
Корабль уходил от пристани все дальше. «Похоже, нам уже не суждено встретиться. Лучше бы с самого начала наши пути не пересекались».
– Холодно. Пойдем внутрь, – Синвон легонько потянул Соран за рукав, глядя на ее изможденное лицо.
– Хорошо, – прошептала она и повернулась, чтобы уйти.
И в этот самый миг раздался топот, и вскоре на причале стояла целая группа всадников. Синвон мгновенно насторожился. Он знал: если они не сядут на корабль вовремя, за ними пойдут убийцы. Неужели это преследователи?
Рука Синвона легла на рукоять меча, но… эти люди были не из числа преследователей.
Из гущи всадников вышел он. Сам Ли Хон.
– Ваше Величество?! – первой узнала его Соран. Внутри все оборвалось. Она не поверила своим глазам.
Неужели… он… он и правда здесь?
Неужели не мираж? Не сон?
Ночь, качающаяся палуба… Сколько ни моргала, это был он – тот самый, о ком она мечтала. Сердце словно растаяло.
Она не знала, зачем он приехал. Но корабль уже вышел на воду, уже скользил по черной глади, стремительно удаляясь от берега.
Соран стояла на палубе и смотрела на него, уменьшающегося вдали. Неужели это и правда «прощай»?
Глава 5
Он хотел лишь одного – Соран
Переодетый в простолюдина король Ли Хон мчался вперед, как ветер. За ним скакали с полдюжины стражников.
До отплытия оставались считаные мгновения. Даже если нестись во весь опор, неясно, успеет ли он вовремя.
– Но-о!
Впервые за долгое время вырвавшись за стены дворца и вновь почувствовав свободу, он словно пришел в себя. Голову, отравленную мыслями и болью, пронзила ясность. С тех пор как они расстались, его бросало из стороны в сторону, охватывали приступы злости, горечи, стыда, тоски. Но в конце концов он хотел лишь одного – Соран. Все остальное не имело значения. Любой предлог сгодится, чтобы вернуть ее во дворец. Чтобы удержать ее при себе.
Свежий речной ветер хлестнул в лицо – он добрался до Хангана. Но… корабль уже отплыл. Он медленно, упрямо уходил прочь от берега. А на самом краю палубы темнела знакомая фигура.
Соран.
Сердце сжалось. Она тоже смотрела в его сторону – и, похоже, поняла, кто примчался.
– Этот корабль не должен уйти! – крикнул Хон одному из стражников. – Это приказ! Немедленно разверните судно!
Но расстояние было слишком велико. Крик тонул в шуме воды и ночи. Корабль продолжал удаляться, и в груди короля росло отчаяние.
– Почему вы медлите? Немедленно остановите корабль!
А судно тем временем плавно уходило дальше. От одного только вида, как оно уходит, нутро жгло так, будто плавилось. Если она уплывет сейчас – где он потом ее сыщет?