– Понятно, – ответила я, тоже посмеиваясь, но тут же спохватилась: – В смысле «туда сейчас не сунешься»? Ты что, до утра шататься собралась?..
Как и положено лучшим друзьям, я замечала малейшие странности в словах подруги. Аяка помолчала и попыталась отмахнуться:
– Ну, знаешь, у меня тоже всякое бывает…
Я буквально вцепилась в свой телефон.
– Ты серьёзно собралась не возвращаться до утра?..
– Тебя это не касается. Не волнуйся.
Я думала, что мы наконец снова сблизились, а Аяка вот так отдаляется… Несмотря на своё недавнее раскаяние, я выдала:
– Как это «не касается»?.. Не говори так!..
– Папаше я позвонила, предупредила. Да и ничего такого я не делаю… Ты слишком много беспокоишься.
– Почему? – вырвалось у меня.
– Что «почему»? – спокойно спросила Аяка.
Я почувствовала не гнев, а нетерпение. Я попыталась успокоиться, глядя на окружающие пейзажи, но это не помогало – мозг слишком быстро заполнялся вопросами.
– Почему ты так поступаешь? Все ведь волнуются за тебя… Зачем все эти недомолвки?..
– Опять нотации?
– Не нотации. Просто… просто…
Недавно мы так здорово посидели в кафе. Мы создали ещё одну прекрасную страницу воспоминаний, и мне казалось, что мы смогли стать ближе. Я так надеялась, что теперь что-то изменится…
У меня сам собой вырвался глубокий вздох. Я немного расслабила сжимавшие смартфон пальцы и закрыла глаза.
– Прости. Я и правда какие-то странные вещи говорю. Ладно, пока, что ли…
«Опять сбегаешь?» – спросила я сама себя, но ведь нельзя же так запросто повзрослеть… Я видела перед собой удаляющуюся фигуру, которую я никак не могла догнать. Я уже почти смирилась с тем, что расстояние между нами никогда не уменьшится.
– Ты на Сундзе? – Даже сейчас в её голосе чувствовалась улыбка. Вот только я никак не обязана отвечать.
Но, несмотря на это, я кивнула:
– Ага.
– Тогда подожди немного. Я звоню с телефона-автомата в парке у станции Сакумэ. Мне надо кое-что тебе сказать.
– Можешь не приходить. Не хочу ссориться…
– А мы и не поссоримся. Мы же лучшие подруги!
Ага, вспомнила… Словно почувствовав моё раздражение, она добавила:
– Жди, сейчас буду. Пообещай, что подождёшь.
– Ладно. Только в этот раз сама обещание не нарушь.
Ну почему я никогда не могу отказать Аяке?..
– Увидимся! – бодро сказала подруга, громко положив трубку обратно на аппарат.
Ну вот и что это такое?!
Я грубо бросила телефон в карман куртки. Неприятное ощущение никуда не делось. Мне почему-то казалось, что Аяка попросту мной манипулирует.
Прежнее чувство сожаления постепенно угасало. Но не могла же я просто уйти домой…
Я не знала, куда деть свой гнев. Ну почему же я не могу быть такой же спокойной, как озёрная гладь…
Я ждала, а Аяки всё не было. Пробовала дозвониться, но трубку она не брала – телефон, возможно, и правда был разряжен. А ведь от Сакумэ до Сундзы недалеко, так что подруга уже должна бы быть здесь.
Стряхнув навалившееся тяжёлое чувство, я вышла на тротуар. Я решила снова сесть на велосипед и вернуться на ту же дорогу, по которой приехала сюда, – так я наверняка по пути увижу кремовый велосипед подруги.
Медленно шагая вверх по склону, я услышала далёкий вой сирены. Я обернулась и увидела несущуюся на бешеной скорости машину скорой помощи. Вскоре она обогнала меня. Наверху шелестели листья, отбрасывая на проезжую часть дрожащие тени.
В тот момент я и подумать не могла о том, что меня ждёт…
Но появившееся в тот же миг дурное предчувствие заставило меня ускориться. Поднявшись на вершину перевала, я села на велосипед и помчалась вниз по склону. Ветер трепал мои волосы, а я неслась вперёд, даже не притормаживая.
Скорая… Да нет, не может быть. Пока я ещё могла успокаивать себя, что Аяка просто очень медленно идёт.
Наконец вдалеке показалась станция Сакумэ. У здания станции стояла с включенной мигалкой та самая скорая, а рядом с ней собралось множество людей. Предчувствие всё усиливалось.
Карета скорой помощи проехала мимо меня с включенной сиреной. Пронзительный вой быстро затих вдали. Бросив велосипед на обочине, я побежала в сторону собравшейся толпы. Я неслась во весь опор.
Аяка… Аяка!..
Не может быть. Это не может быть Аяка. Протолкавшись через толпу, я увидела неестественно изогнутый почтовый ящик.
Чуть поодаль стоял телефон-автомат. В него врезалась белая машина, сейчас стоявшая там с выгнутым бампером.
Земля усыпана осколками разбитого стекла. Тёмно-красные пятна на корпусе машины… Кровь? Тут вдруг я заметила знакомый бежевый цвет…
– Этого… Не может быть…