– Привет, – легко поздоровалась она, так, будто мы расстались только вчера.
Это точно она…
– Аяка…
Я не могла пошевелиться, словно время вдруг остановилось. Не веря глазам, я протянула руки вперёд. Подруга взяла мои ладони в свои и улыбнулась.
– Ну наконец-то мы встретились!
– А… почему ты так выглядишь?
Аяка была одета в школьную форму. Высветленные прежде волосы были совершенно чёрными. В день нашей последней встречи она выглядела совсем по-другому…
Мы уселись рядышком на скамейку. Коснувшись своих длинных волос, Аяка смущённо хихикнула.
– Так я выглядела в день аварии.
– Что?..
Я никак не могла полностью осознать происходящее.
– Я же говорила, что домой пришла уже утром? На самом деле, я ушла из своей тусовки. Меня никак не хотели отпускать, всю ночь ругались, но я кое-как вырвалась. Об этом я и хотела тебе рассказать.
– Вот оно что… – Я настолько не ожидала это услышать, что мои глаза моментально наполнились слезами. – Прости, Аяка… Ну как я могла наговорить тебе такого!..
– Ой, да не извиняйся. Это я творила что взбредёт – привыкла, что ты всё прощаешь…
– Да нет же… Я не собиралась так говорить, я не хотела…
Я уже плакала. Ну почему я не могла доверять Аяке? Своей единственной лучшей подруге…
– Не плачь, подружка, – ободряюще сказала Аяка, но я никак не могла перестать рыдать.
Подруга обняла меня за плечи. Она была тёплой, совсем как живая.
– Я хотела тебя удивить. Не думала же я, что умру… Даже в школу вернуться собралась – и нате!
– Угу…
– На похоронах ты была сама не своя, на меня даже не взглянула.
Слёзы текли по моим щекам, и я сжала правую руку Аяки, словно проверяя, правда ли она здесь.
– Аяка, я… я…
Слёзы не давали мне нормально дышать. Я считала нас лучшими подругами, а сама не понимала, что Аяка старалась изменить свою жизнь.
– Не плачь. Обещание наконец исполнено.
– Обещание?
– В тот день я обещала встретиться с тобой, помнишь? И всё благодаря тому, что ты этого пожелала.
– Аяка… Так ты жива? Нет, даже не так… Ты воскресла?..
Таких реалистичных призраков не бывает. Может, ни аварии, ни поминальной службы на самом деле не было? Может, мне это всё просто почудилось? Но Аяка всё с той же грустной улыбкой покачала головой:
– К сожалению, я всё-таки уже умерла.
– Как же так…
Из глаз лились слёзы, в которых смешались печаль и радость. Аяка смотрела на меня, мягко улыбаясь.
– Я так скучала! Так хотела встретиться с тобой, Аяка… Я…я…
Слова с трудом проталкивались сквозь рыдания. Но я должна была всё ей рассказать.
– Знаешь, я так хотела извиниться… Это же из-за меня ты…
– Так и думала! – Аяка вдруг стряхнула мои руки и посмотрела с возмущением.
– Что?..
– Слушай, ну мы не один год ведь дружим! Я так и думала, что ты винишь себя, – скрестив руки на груди, самодовольно заявила Аяка. Я опустила глаза.
– Но ведь… Если бы ты тогда мне не позвонила, ты бы и сейчас была жива, разве нет?
– Да уж, ты никогда не меняешься…
– В смысле?
– Микэ, – коротко ответила Аяка, вздохнув. – Ну, та толстая кошка из храма, про которую ты говорила.
– А, – вспомнила я. Мы же обсуждали ее в кафе. Мне казалось, что это было ужасно давно. Тогда я не думала, что всё может закончиться вот так…
– Подожди, но ты ж тогда сказала, что уже не помнишь?
– Да как я могла забыть! Мы же так её любили, – сказала Аяка и перевела взгляд на озеро. – Она была толстая, но такая милая… Правда, она потом вдруг исчезла, помнишь?
– Ага.
После слов подруги я вспомнила, что однажды летом Микэ пропала. Я верила, что она скоро вернётся, но кошка так больше и не появилась.
– Тогда ты тоже во всём винила себя – вспоминала, что за день до этого не принесла ей корм. Вот всегда ты так, стоит чему-нибудь случиться – и ты уже уверена, что это ты виновата.
– А…
В голове всплыли горькие воспоминания. Тогда я подумала, что кошка, не получив корма, проголодалась и отправилась на поиски еды. А ещё я подумала, что это всё из-за меня.
– А я тогда решила, что Микэ просто хотела свободы, вот и сбежала. Помню, ты ещё со мной спорила. Чуть что – вспоминала Микэ и плакала.
Помню, я и осенью, и зимой бессознательно искала Микэ.
– Я соврала ради тебя, Аюми.
– Что? – удивилась я, на что Аяка хихикнула:
– Если бы тот разговор продолжился, ты бы точно вспомнила, что Микэ исчезла. И опять начала бы винить себя.
Я не могла произнести ни слова, а подруга лишь подняла уголки губ: