Внизу склона есть дорога, а за ней раскинулось озеро. Отсюда поверхность водоёма не выглядит просто синей, как со станции, а приобретает глубокий оттенок индиго. Аяка двигалась вдоль дороги, и я следовала за ней на небольшом расстоянии.
– Куда мы идём-то?
– Увидишь!
Я смотрела в спину подруги, уверенно шагавшей куда-то под насвист какой-то песенки. С настолько высветленными волосами в школу уже не заявишься… Да даже если бы Аяка и отважилась прийти в школу, её наверняка отругали бы и отправили домой. И что же с этим делать?.. Перед моим мысленным взором всё ещё стояло рассерженное лицо подруги.
Минут через пять Аяка вдруг остановилась и повернулась ко мне.
– Ну вот, мы пришли.
Аяка указала пальцем на белое здание. На стене было написано: «Кафе “Сан-Марино”». Я знала, что это заведение открыли довольно давно, но сама ни разу там не была.
На большой парковке стояли всего две машины. И зачем мы здесь?..
Словно отвечая на мой немой вопрос, Аяка захихикала:
– Говорят, местный хозяин может рассказать кое-что интересное.
– Хозяин?..
– Ну, управляющий кафе. Короче, давай зайдём.
– Но у меня нет денег на кафе…
Кажется, у меня с собой и пятисот иен не было.
– Ничего, я угощаю.
– Не думаю, что это хорошая идея…
– Да ну тебя! Тем более, говорят, здесь очень вкусный пудинг, – рассеянно сказала Аяка, открывая дверь и входя в кафе. Вообще-то я не это имела в виду…
Я неуверенно последовала за подругой. Время было ближе к полудню, но посетителей в кафе было немного. Внутри помещение оказалось неожиданно просторным, а в интерьере преобладало дерево. На столе у входа, как и полагается заведению с таким названием, располагались разные предметы, ассоциирующиеся с морем: штурвал, плавательный круг, отрезки каната и прочее. Стены оказались сплошь заклеены фотографиями озера Хамана и постерами.
Аяка быстрым шагом двинулась к столику у окна, и я поспешила за ней.
– Добро пожаловать, – поприветствовал нас пожилой мужчина – вероятно, тот самый хозяин заведения, – ставя перед нами бокалы с водой. Он производил впечатление настоящего джентльмена.
Я лишь едва заметно кивнула, не зная, как отреагировать, а Аяка уже подалась вперёд:
– А можно кое-что спросить? – без малейшего смущения обратилась она к мужчине, немало удивив меня такой смелостью.
– Что будете заказывать? – с лёгкой улыбкой поинтересовался джентльмен.
– Ах да, заказ. Мне кофе со льдом. Аюми, а ты что будешь?
– А… Мне то же самое, пожалуйста.
Я подумала, что Аяка сегодня как будто даже веселее обычного.
После нашего быстрого ответа хозяин заведения шариковой ручкой сделал пометку в своём блокноте. Проводив взглядом отправившегося выполнять заказ джентльмена, я повернулась к подруге, демонстративно склонив голову набок.
– Ну так и что?
– Думаешь, надо было пудинг взять?
Глядя на округлившую глаза Аяку, я всё так же демонстративно покачала головой.
– Да нет же, я про «интересное». Что там такое?
– Не спеши, не спеши!
– Не в этом дело, я просто ничего не понимаю…
– Ничего, скоро всё узнаешь.
Подруга любовалась озером, положив руки на стол, и в профиль она показалась мне ещё взрослее. Когда она снова повернулась ко мне, я отвела глаза – уж слишком больно мне было смотреть на опухший синяк под её правым глазом.
Давно знакомая Аяка, которая теперь развлекается в «городе» ночью, а дома постоянно ссорится с отцом. Мне казалось, что мы можем делиться друг с другом чем угодно, но в последнее время мы сильно отдалились. За эти пару дней, кажется, я видела только незнакомые стороны личности моей давней подруги и теперь растерянно мяла в руках влажное полотенце.
Как давно мы перестали быть внимательны друг к другу?..
В зале играла тихая музыка. На окнах стояли маленькие кактусы и милые статуэтки.
– Мяу, – обернувшись на звук, я увидела, как к нам идёт чёрная кошка в жёлтом ошейнике. Шёрстка её блестела, а круглые глазки делали её ещё милее.
Кошка подошла ко мне и уселась у моих ног, громко мурлыча.
– Смотри-ка, киса. Какая милашка!
Аяка только хмыкнула и равнодушно отвернулась к окну.
– Мне они не особо нравятся, – призналась подруга.
– Но в детстве ты частенько играла с Микэ.
Ни у одной из нас своих питомцев не было, потому мы часто играли с жившей на территории храма белой кошкой по кличке Микэ. Она была толстенькая и постоянно спала, но, завидев нас с Аякой, Микэ всегда шла к нам своей размеренной походкой. Эти приятные воспоминания всплывают в моей голове всякий раз, когда я слышу слово «храм».