— Прошу прощения, — сказал я, поднимаясь.
— О, ерунда, — проговорил мужчина в смокинге. — Это не ваша вина, а служащих в космопорту, которые не дали вам таблетку с вакциной.
— Гм... — сказал я смущенно. — Мне дали, помню, какую-то таблетку, но я... гм... выбросил ее в...
— Напрасно, — сурово сказал полицейский. — В результате вы оказались подвержены действию всех книжных вирусов, в том числе и пиратских копий. Кстати, ущерб, причиненный вами гостиничному имуществу, оценивается...
— Неважно, — быстро произнес управляющий (или хозяин?).
— Что ж, — сказал полицейский, — с прибытием на Землю, господин Шекет.
Он повернулся и вышел.
— Вам, надеюсь, понравилась книга о вашем предке и о поднятом им восстании? — проникновенно спросил мужчина в смокинге. — Это наш гостиничный бестселлер. Конечно, безопасный для всех, кто прошел вакцинацию.
— Никогда! — воскликнул я. — Никогда больше не выпью ни капли жидкости!
— Глупости, Шекет! В Израиле нужно пить много, но часто!
Так началось мое пребывание на Земле после долгого отсутствия. Не могу сказать, что я получил от этого посещения одни удовольствия.
ТЮРЕМНАЯ ИСТОРИЯ
Как-то, оказавшись на Земле, я посетил военную базу, где служил в незабвенные юношеские годы. Естественно, армия стала другой, служат теперь по желанию, платят за это немалые деньги, вот и я не удержался, купил в кассе билет и даже успел повоевать с аборигенами Иухроса II, о чем рассказал в одной из глав моих мемуаров («На всех парусах», «Мир Искателя», № 2,2001). Кое о чем, однако, я предпочел умолчать — стыдно, знаете ли, вспоминать, как я нарушил воинскую дисциплину. Впрочем, я и сейчас поступил бы так же, так что ни о чем не жалею, в том числе о том, как был отправлен начальником базы майором Фрумкиным в тюрьму или, как тогда говорили, на гауптвахту.
Я думал, что служба моя на том и закончится. Оказалось, однако, что, даже отслужив половину срока (целых десять часов!) и дважды победив сильных и жестоких врагов, я все еще имел о современной армии не очень внятное представление.
Выйдя из караульного помещения, где майор учинил надо мной скорый суд, я поднял взгляд на большое голографическое табло: схему расположения объектов на базе. По идее, тюрьма должна была располагаться где-нибудь в отдалении от стрельбища (зачем стрелять по своим, даже если это арестанты?), от столовой (чтобы запахи пищи не мешали осужденным думать о своей вине перед армией), и тем более от казармы (нельзя же, чтобы заключенные слышали, как свободные солдаты проводят свое совершенно свободное время).
Не обнаружив на схеме значка с надписью «тюрьма», я принялся исследовать голограмму более методично, начав с левого верхнего угла, где значилось: «Стоянка для транспорта потенциального противника». Путешествуя взглядом слева направо и сверху вниз, я обнаружил еще «бассейн боевых действий», «ракетоноситель многофункциональный одноразовый» и какой-то «сходняк для многоориентированных солдат». Тюрьмы на схеме не было в помине, и я собрался было вернуться к майору за разъяснениями, но в это время рядом со мной остановился рядовой, необученный, негодный к нестроевой службе (так было написано у него на воротнике рубашки), и сказал:
— Господин ефрейтор, что вы ищете, может, я смогу помочь?
— Тюрьму, — мрачно сообщил я, ожидая встретить в ответ взгляд, полный презрения или, что еще хуже, — жалости.
Однако рядовой, необученный и негодный, посмотрел на меня с таким явным восхищением, что я невольно смутился и, сам того не ожидая, объяснил:
— Да вот, понимаете, влепили мне срок за неповиновение приказу.
Взгляд рядового стал еще более восторженным.
— О! — воскликнул солдат. — Не будет ли с моей стороны наглостью попросить вас об услуге?
— Меня? — удивился я. — Что я могу...
— Не скромничайте! — пылко сказал рядовой, необученный и негодный. — Это просто замечательно, что я вас встретил! Так вы можете?..
— Допустим, — пожал я плечами. — О чем, собственно, речь?
— Возьмите меня с собой в тюрьму!
Я убежден, что мой читатель (если только он, конечно, сам не с Земли) никогда не сталкивался с подобным абсурдом!
— Э... — сказал я. — С удовольствием. Но я не знаю — куда. Здесь нет тюрьмы на схеме, а я не настолько хорошо знаком с...
— Да вот же она! — воскликнул солдат и ткнул пальцем в голографическое изображение тучного господина, читавшего газету. Поскольку здесь не было никакой надписи, я решил, что так на схеме обозначена библиотека для личного состава.