Милиция не заставила себя ждать. Двое уже знакомых Стасу ментов выскочили-выпрыгнули, подбежали к девушке, жестко взяли за локти, повели в дежурку. Девушка упиралась, но ее руки были заняты сумкой, которую она прижимала к груди, словно младенца.
— За что? Я ничего не сделала!
— Сейчас разберемся, — пообещал тот, что пониже, смуглый.
— Пьяным вход в метро запрещен, вы что, не знаете? — спросил второй, дородный блондин.
— Я только шампанское пила! — оправдывалась задержанная.
Дверь дежурки захлопнулась, и голоса теперь были еле слышны.
Стасу показалось, что он уже где-то видел эту девушку. Высокая, с грубоватыми чертами лица, но длинные светлые волосы, свободно брошенные на плечи, делали ее привлекательной.
Наверное, примерно в это время она возвращается с работы, промелькнула перед глазами в прошлое «дежурство», вот и отложилось в памяти.
Что делать, Стас не знал. Опять колотить ногами и руками в дверь, кричать, что его обокрали? Но это уже было, менты наверняка придумали, как действовать в такой ситуации. Кроме того, они могут узнать его, если запомнили с прошлого раза. А киллеру светиться в милиции никак нельзя, ни по какому поводу.
Да, но девушка! Что с нею будет сейчас — понятно. Но потом? Как она это переживет, как потом будет с этим жить?
Стас подошел к двери, поднял руку, чтобы постучать, но сделать этого ему не дали. Двое рослых парней, неожиданно появившихся в вестибюле, быстро и бесшумно оттеснили его.
— Пацан, не лезь не в свое дело, — шепнул один из них. — Или неприятностей захотел? Сейчас устроим!
— Я не хочу! — пробился через дверь голос девушки. — Не трогайте меня!
Парни, оттеснившие Стаса, молча стояли возле двери. У одного на подбородке была ямочка, словно след от пирсинга. Второй, черноглазый, смотрел на Стаса холодно и безжалостно, словно змея.
Так вот что придумали менты после того, как он освободил Владу...
«Полоски!»
— Вы что, на шухере стоите? — вполголоса спросил Стас. — Я сейчас людей созову, неприятности будут у вас, а не у меня.
Один из парней прижал палец к губам, скрывая ямочку, и прошептал:
— Тс-с-с... Не волнуйся, все под контролем. Это — наша подруга, мы не дадим ее в обиду.
— Тогда почему ничего не делаете? — прошептал в ответ Стас и сразу же разозлился на себя: кричать надо, а не шептать!
— Еще не время, — пояснил черноглазый. — Ты отойди в сторонку, сейчас здесь станет тесно.
За дверью послышался шум. Что-то упало, раздался приглушенный звон.
Парни не реагировали.
Стас хотел уже закричать — неважно что, лишь бы привлечь внимание людей, — но в двери щелкнул замок, она чуточку приоткрылась, а через секунду парни уже были в комнате.
Стас проскользнул за ними.
Один мент покоился на полу, возле диванчика, второй полулежал на столе, девушка одной рукой прижимала его голову к столешнице, второй заламывала руку. Парик съехал, под ним обнажилась короткая мужская стрижка.
— Записал? — спросил вошедший первым парень — плечистый, высокий, не чета Стасу.
— Надеюсь, да. Три камеры, во всех ракурсах. Забирайте их. Свидетелей попросили задержаться?
— Сейчас организуем, тут очень кстати еще какой-то пацан подвернулся...
Последние слова Стас услышал уже из-за двери.
Свидетелем ему быть никак нельзя.
«Ну вот, все и решилось! — ликовал Стас, выбегая из метро. — Мне не пришлось быть ни судьей, ни палачом. Зло будет наказано и уже не повторится, а мне не нужно искать выход из безвыходной ситуации. Вот Влада обрадуется...»
Глава 29. Раньше... Гультяев
Как-то вечером к Степану Викторовичу зашел Обрубов, начальник ОБОПа соседнего округа. Когда-то давно они работали в одном отделе, потом жизнь и карьера разбросали по разным. Но связь они поддерживали и по мере возможностей помогали друг другу.
Владимир Георгиевич достал из кармана фляжку, потребовал какую-нибудь емкость.
К чайной чашке Гультяев добавил блюдечко с бутербродом, оставшимся от обеда.
— А вторая чашка? Ты будешь?
— Нет.
Обрубов плеснул на донышко, жадно вгрызся в бутерброд.
— Жена готовила?
— Да. Еще не выгнала.
— Это хорошо.
Поговорили о неуловимых киллерах. После дерзкого разгрома базы Горчичника они себя никак не проявляли. То есть убийства в Москве, конечно, происходили, но обычные, без куража, да и жертвами были в основном чиновники и бизнесмены — те, которые не захотели договориться с бандитами или коллегами. Авторитетов больше не трогали.
— Скорее всего, киллеры на Ка-нарах отдыхают, раз уж мы не смогли отправить их на тюремные нары, — усмехнулся Обрубов.