— Извини, накипело.
— Таких, у кого накипело, увы, немного. Остальные благополучно встраиваются в систему.
— У них коэффициент приспособляемости выше, чем у нас с тобой.
— Хотя ай-кью — ниже. Такова дихотомия. Выпьешь за ее изменение?
— Нет. Дихотомию изменить невозможно.
Глава 30. Влада
Однажды утром Влада заметила, что Стас какой-то странный. Он ел полезную овсянку с персиковым вареньем, но почему-то не хвалил ее — а значит, и повариху, приготовившую это чудо кулинарного искусства. И взгляд у него был отсутствующий. Как будто он не напротив любимой девушки сидел, а за партой, на неинтересном уроке.
Влада поставила перед ним чашку с чаем, пододвинула тарелку с пирожными.
Стас пил чай молча, пирожные жевал как хлеб, хотя еще вечером они спорили, кому достанется последнее.
— Ну конечно тебе, Ладусик! — уступил в конце концов Стас. — Я так хочу, чтобы ты потолстела!
А сегодня что — решил сам растолстеть?
Влада поводила перед глазами Стаса ладонью.
— Эй, ты где?
— А? Я здесь, — встрепенулся Стас, но как-то неохотно. Словно он видел эротический сон, а его не вовремя разбудили.
— Как тебе мое пирожное? Вкусное?
Стас посмотрел на пустую тарелку, обвел взглядом стол.
— Я его что, съел?
— И не подавился!
— Извини. Сам не знаю, что на меня нашло.
— Может, не нашло, а наехало? — забеспокоилась Влада. — Кто-то опять нам угрожает? Наш новый Хозяин объявился?
— Нет. Пока еще нет, — сказал Стас и уткнулся взглядом в стену так, словно на ней вдруг появилась картина гениального художника.
Влада собрала учебники, оделась.
Стас по-прежнему сидел на кухне.
«Он не помог мне надеть дубленку, не спросил, опаздываю ли я, не предложил отвезти на машине! — злилась Влада. — Ну, он за это получит! Вернее, ничего от меня не получит, даже поцелуя!»
Ушла она, хлопнув дверью — не со злости, а чтобы привлечь внимание Стаса. Но он даже на это не среагировал, не выскочил на площадку, не поцеловал на прощание! Постояв немного перед закрытой дверью, Влада отправилась в гимназию.
После уроков она поехала домой. Разогрела обед, подготовилась к урокам, вечером долго разговаривала с матерью — ни о чем серьезном, просто для поддержания нормального давления в атмосфере семейного тепла и благополучия.
Отец пришел с работы поздно.
Стас не позвонил.
Почистив зубы и укладываясь спать, Влада вспомнила: завтра с утра Стас дежурит, целые сутки. Послезавтра будет отсыпаться, потом ползать, как сонная муха, и только к вечеру оклемается.
«Ну и пусть, ему же хуже, — злилась она. — Почти три дня не будет видеть любимую девушку. Потом будет ласковым и виноватым, как котенок, точивший когти о косяк двери и получивший за это взбучку. А взбучку Стас получит, и не слабую!»
И только утром, по дороге в гимназию, Влада заподозрила, что у Стаса появилась Другая.
Глава 31. Раньше... Пол
Работа продвигалась быстро. Правда, все участники, кроме Пола, еще тратили время на поддержку своих «горизонтальных связей», но повторять уже когда-то сделанное было намного проще, чем создавать тренажер заново.
Все вопросы обсуждали при личных встречах. Во-первых, чтобы не говорить лишнего по телефонам (Пол был уверен, что его — точно прослушивается), во-вторых, так получалось намного быстрее.
Не мудрствуя лукаво над выбором места проведения «сходок», как они начали называть свои рабочие совещания, набивались в машину Касьяна Игнатьевича. Он забирал после работы Пашу и Сашу и подъезжал к перекрестку недалеко от дома Пола, каждый раз другому. Пол садился в машину, они отъезжали на пару кварталов и еще на ходу начинали обсуждать возникшие проблемы.
Вскоре выяснилось, что на комплектующие — датчики, операционные усилители и прочее — необходимы средства. Бесплатным в их проекте был только труд. Конечно, в загашнике любого электронщика много чего есть полезного, все это шло в дело без особого обсуждения. С программированием «полосок» тоже проблем не было. Паша многое помнил, дело продвигалось быстро. Но датчики и усилители...
— Ивана Петровича, с его неограниченными финансовыми возможностями, у нас, увы, нет, — вынужден был напомнить Пол.
— К счастью, нет! — поправил его Паша.
Саша рассказал ему о «несчастном случае», после чего Паша резко возненавидел Ивана Петровича.
«Он же, Пол, создал в твоем сознании мыслеобраз, который действовал несколько месяцев, — объяснял свое негодование Паша. — И теперь несчастный случай, якобы произошедший со мной, может случиться в реале, даже без участия Ивана Петровича!»