— М-м... извините меня, отец Алексий, за невежество и странные вопросы, — произнес Ассур, с предусмотрительной осторожностью подбирая слова, — но... они продиктованы единственным желанием — поскорее вникнуть в суть Чудного Учения.
— Ничего, ничего, — тщательно облизывая ложечку, закивал майор-хранитель, — спрашивайте, разъяснение ЧУ входит в мои служебные обязанности.
— Благодарю. Мне интересно: если летописи — фальшивки, а, насколько я помню из семинарского курса, других письменных источников по истории нашей страны не имеется, на чем же базируется Чудное Учение?
— Законный вопрос, — согласился диакон, потирая пухлые ладошки; чувствовалось, что он оседлал любимого «конька». — С удовольствием поясняю: во-первых, на палеографических исследованиях самого Чудного, его учеников и последователей. К примеру, именно Фаддею Аристарховичу, а не бестолковым египтологам удалось скомпоновать то, что им, последним, казалось просто трещинами и выбоинами на камнях, и прочесть на так называемой «пирамиде Хеопса» все объясняющую надпись на чистом русском языке: «Сей храм Рода мастер Пахомий, сынок Марии, делал». Только представьте, скольких кропотливых трудов это ему стоило, какого самоотвержения потребовало! А ведь зрение у нашего Великого Ученого еще слабее моего, да-да. Но разве физической немочи по силам остановить истинного подвижника науки? Куда там! Он же, Чудный, внимательно рассмотрев книжное воспроизведение наскальных рисунков, обнаруженных на юге Франции, установил, что они; рисунки, опять же сопровождаются вполне русскими надписями. Вы только представьте! На изображении мамонта, к примеру, так прямо и написано — «мамонт», а на лошади — «дил»! Между прочим, отсюда и появилось русское слово «коркодил», ибо и дураку, простите, понятно, что схема образования тут одинаковая — «корковый дил» — конь из корки, а корка — сиречь чешуя. Поэтому у нас не искаженное английское или латинское слово, а наоборот, латинское слово — это искаженное русское: было «коркодил», а стало «крокодил». А уж коли кроманьонцы говорили и писали по-русски, что толковать обо всех последующих расах и народах! Понимаете теперь? В общем, благодаря палеографическим изысканиям Фаддея Аристарховича бесспорно установлено, что славянская письменность возникла задолго до каменного века, а сам русский язык и был тем самым всеобщим праязыком, на котором человечество говорило до того, как столь опрометчиво взялось за сооружение пресловутого Вавилонского столпа. А? Каково?
— А что же «во-вторых»?
— Сразу видно, что вы дознаватель, — добродушно погрозил пальцем майор, — простой бы мирянин и этим удовлетворился, а вам весь набор доказательств подавай. Ну-ну, это я так... одобряю. Так вот, вторым источником Чудного Учения является счастливо явленная профессору Сергею Чащобному — сподвижнику Фаддея Аристарховича — «Велесова книга». В ней все то же самое, черным по белому написано — и про пять миллионов лет, и про остальное прочее.
— Велесова книга? Даже не слышал. Где же ее нашли?
— Ее не нашли, — строго поджал губы Алексий, — она была именно что явлена. Но это уже вопрос сакральный, из области Чудес Божеских, поэтому предлагаю этого предмета сейчас не касаться, чтобы, не ровен час, в суесловие не впасть или того хуже...
— Тогда не стоит, — согласился Ассур, — но однако я так и не понял как это все связано с делом «кощунных учителей» и тем более — с задымлением московского неба.
— Напрямую! Самым непосредственным образом. Представьте себе, три месяца назад, под самый Медовый Спас, внеплановая совместная проверка обер-прокуратуры Святейшего Правительствующего Синода и Правежного отдела ГУБ ВСМЦ выявила вопиющую вещь: оказалось, что в целом ряде столичных учебных учреждений — и не только в семинариях, но и в вузах — преподаватели истории продолжают вести обучение по старым учебникам! То есть, натурально, продолжают засерать (прости меня Господи!) мозги неокрепшим душам... Мало того! Копнули глубже, а та-ам — Матерь Божья, пресвятая Мариам! — обнаружилась и вовсе уже мерзостная ересь — в кое-каких вузах, и даже в МГУ, профессора тайным образом распространяли тлетворное «учение» трижды преданного анафеме еретика Чарльза Дарвина, так называемую... — Тут диакон сложил губы гузкой и с отвращением выплюнул: — «Теорию эволюции»! Вы можете себе это представить?!