От такого изобилия ценной информации у нунция в голове слегка зашумело, а по телу распространился неприятный зуд, и лишь после доброго глотка коньяку, он несколько успокоился.
— Ну как? — спросил кардинал. — Убедил тебя мой Осьминогов?
Ассур отправил в рот сразу три лимонные дольки, обстоятельно прожевал, проглотил; потом помолчал, прислушиваясь к ощущениям, наконец удовлетворенно выдохнул и произнес:
— Да, Ким Гаррикович излагает весьма убедительно, только вот... Уж, простите меня, профана... я пока никак не могу уловить принципиальной разницы между «ЧУ» и «НОИФом». И даже напротив, улавливаю много сходного, про мировое русское господство, например...
— Помилуйте! — возмутился Осьминогов. — Значит, вы главного-то не разобрали: этот ваш Чудный на голубом глазу «доказывает» существование русского мирового государства на протяжении нескольких миллионов лет, тогда как гениальные изыскания академика Хоменко-Лисовского позволяют сделать вывод о том, что до самого XIV века истории у человечества не существовало вовсе!
— М-да, это серьезно... в смысле, серьезное различие.
— Значит, по рукам? — обрадовался Бендерас, наполняя опустевшие стаканы. — Поставишь перед Скименом вопрос о еретичности «ЧУ» и за нашего академика похлопочешь?
— Скажите, ваше преосвященство, — вопросом на вопрос ответил Ассур, — дело ведь не только в том, чья нацидея вернее, так? Полагаю, вы прежде всего хотите свалить Терекова. Зачем, если не секрет?
— А ты прозорлив, — усмехнулся кардинал. — Слишком большую власть взял твой диакон. В последнее время — особенно. Не по сеньке шапка, вот что я тебе скажу. Того и гляди назначат председателем всего славийского Совета ВСМЦ. А должны — меня. Ну какой из него председатель? Коварный, бесчестный клирик, интриган каких мало. Короче, считаю — недостоин!
— Надо же, — сдерживая смех, покачал головой нунций, — а я при разговоре с отцом Алексием не ощутил особенного коварства. Впрочем, у вас опыта больше...
— Сомневаешься? — нахмурился Влас. — А вот интересно: после беседы с твоим тишайшим Алексием ты часом слежки за собой не обнаружил?
Ассур тут же вспомнил про назойливых стохеров.
— Слежки? Может, мне помстилось, — задумчиво протянул он, — но, кажется, меня пасут эти ваши «Сторожевые херувимы».
— Вот видишь! — обрадовался Бендерас. — А стохеры, между прочим, под Терековым ходят. Он — единовластный наставник и духовный лидер их братства. Собственно, он, Алексий Тереков, и организовал общество «Сторожевых херувимов». Вот так-то! А ты говоришь — «не ощутил»! Прековарный тип, однозначно! И стохеры его не столь просты, как кажутся.
— Между прочим, — флегматично заметил Осьминогов, — один из стохерских минифюреров, некий Буй-Тур Припердов — из нашей, кстати, ученой братии, доцент чего-то там и, естественно, креатура Терекова, — так вот этот самый Буй-Тур по результатам многолетних кропотливых исследований сумел якобы восстановить древнее боевое искусство славиев, так называемый «боепляс». Уж не знаю, сколько в том правды, а сколько вымысла, только Припердов утверждает, что «боепляс» славиями практиковался издревле, чуть ли не с Гостомысловых времен, но потом наши предки хитроумно замаскировали свое тайное боевое исскусство под движения совершенно на первый взгляд безобидных бытовых плясок, вроде «барыни», «камаринского» и «яблочка». Я это к тому, что теперь этому «боеплясу» все стохеры обучаются в обязательном порядке.
— Но как вы догадались? Про слежку? — поинтересовался дознаватель.
— А чего тут догадываться? — пожал дородными плечами кардинал. — Это ж я сам, еще до твоего к нам прибытия, распустил слух, что, дескать, из Трамунтаны в Москву едет спецэмиссар с особым предписанием — проверить как финансовую, так и пастырскую деятельность майора-хранителя Истинной Веры.
— Эвон как! — поднял бровь Ассур. — Выходит, вы, ваше преосвященство, меня... гм... подставили.
— Ничего не выходит! — отмахнулся Бендерас. — Ты пойми, голуба душа, я ж не знал, что именно тебя пришлют. Собственно, я вообще не знал, что кого-нибудь пришлют. Это была обычная деза, прикуп на удачу.