Итак, несмотря на то что подсудимый Данилов своей вины не признал, виновность его в совершении инкриминируемых деяний полностью подтверждается добытыми в ходе предварительного и исследованными в ходе судебного следствий доказательствами. А именно, показаниями потерпевших, свидетелей, заключениями экспертиз и другими материалами дела. В целях экономии времени я не стану сейчас их приводить — все вы их только что выслушали. Занятую Даниловым позицию обвинение расценивает как жалкую попытку уйти от ответственности и избегнуть справедливого возмездия за содеянное. Таким образом, вина подсудимого Данилова С. Я. нашла свое полное подтверждение, и я не хочу долее на этом останавливаться.
Тут Славин на несколько секунд прервался и, откашлявшись, продолжил так:
— Однако мне хочется акцентировать внимание суда не столько на доказанности вины подсудимого, которая очевидна, а на несколько ином аспекте происшедшего. Меня, как мирянина, не могут не тревожить вопросы профилактики подобного рода деяний и своевременного, а лучше превентивного реагирования на них государственных органов. Хочется спросить ответственные службы: доколе же подобные «профессора» будут злоупотреблять нашим терпением? Как долго еще, в своем бешенстве, они будут издеваться над нами, над детьми нашими и над всем тем, что нам столь дорого? До каких пределов будут кичиться своей дерзостью, не знающей узды?! О tempora, о mores! Возьмем, к примеру, данный конкретный случай: деканат все это понимал, ректор видел, а этот человек, тем не менее, в течение стольких месяцев невозбранно прельщал малых сих! И где?! В МГТУ! В Московском государственном теологическом университете имени святой равноапостольной княгини Ольги, главнейшем вузе Славянской Губернии, оплоте суверенной демократии, православия и народности! Поэтому я настоятельно прошу суд вынести в отношении деканата и ректора МГТУ соответствующее частное определение.
При назначении Данилову наказания суд, конечно же, примет во внимание его положительные характеристики как по месту жительства, так и (как ни странно) по месту работы, а также наличие неработающей супруги и несовершеннолетних детей. Но! Я прошу суд обратить сугубое внимание на тот факт, что преступная деятельность подсудимого была направлена именно в отношении нашей славийской молодежи. Ведь это только счастливый случай, что Данилов читал свои так называемые лекции не первому и не второму, а третьему курсу, и потому все потерпевшие успели достичь возраста совершеннолетия. Я прошу суд признать означенный факт в качестве обстоятельства, отягчающего ответственность подсудимого. Нельзя же, в самом деле, оставить без должного реагирования то, что Данилов своими кощунственными лекциями растлевал неокрепшие души нашего юношества?! Также прошу суд признать отягчающими обстоятельствами направленность деяния в отношении широкого круга лиц, а равно использование при его совершении служебного положения. И соответственно считаю правильной квалификацию действий подсудимого по пункту «б» части 2 статьи 58 СУ СГ. Ибо здесь налицо даже не одно, а целый букет отягчающих обстоятельств. Помимо этого, подсудимый, как я отметил выше, в содеянном не признался, а значит, и не раскаялся. А ведь согласно совместному Постановлению Пленума Верховного суда и Обер-прокурора Святейшего Синода от 03.09.2133 года по делам, связанным с кощунством, смягчить ответственность может лишь деятельное раскаяние и активное сотрудничество со следствием. Но, увы, в данном случае мы этого не наблюдаем.
На основании вышеизложенного, прошу суд признать мирянина Данилова Семена Яковлевича виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 58 Соборного Уложения Славянской губернии и назначить ему меру наказания, руководствуясь санкцией означенной статьи, в виде принудительного воцерковления, с последующим лишением права занимать должности, связанные с научной и преподавательской деятельностью, сроком на десять лет.
Завершив свою, как всегда, блистательную речь, Дмитрий Владимирович с достоинством поклонился и сел на место. Я, честно говоря, ожидала, что Славин будет просить суд о более суровом наказании. Ведь санкция второй части статьи 58 предусматривает в том числе до десяти лет каторжных работ. Но прокурор решил ограничиться принудвоцерковлением — весьма либеральной современной мерой, заключающейся в несложной операции по удалению малюсенького участка мозга в задней части первой височной извилины, ответственного за «суетное умствование и беспочвенные сомнения». Что ж, курс на гуманизацию наказаний, обозначенный в последнем совместном Постановлении Совмина и СПС, еще никто не отменял.