Семён сказал Вике:
– Действительно Вик, всё остальное решаемо. А пасту ещё можно в ботинки выдавить, так тебе на всякий случай... идейка, на будущее.
И он тут же осёкся, глядя на выражение лица Эли, явно говорящее: «ты что обалдел?»
Вика засмеялась и ответила своим важным полувзрослым тоном:
– Я это учту.
Они въехали в железные ворота лагеря, заполнили документы, помогли Вике разместиться в домике и донести чемодан. Они очень быстро, без лишних церемоний, попрощались с Викой, которая тут же побежала в столовую со своими друзьями, забыв обо всём на свете.
Семён с Элей смотрели ей вслед и Эля спросила Семёна:
– На кого она у нас с тобой больше похожа? На тебя или на меня?
– По характеру или внешне?
– И то, и другое.
– Внешне так и осталась – больше на меня похожа, но и твои черты появились с возрастом. Да и в характере так же. Смелая и готовая идти в бой как я, но и твоя осторожность присутствует. Она «золотая середина» наших черт, всего по чуть-чуть набралась.
Они пошли обратно в машину. Эля продолжила разговор:
– И ей повезло – твой ум достался.
– Почему ты решила, что мой?
– Из-за успеваемости в школе. По всем предметам пятёрки. Я училась хуже.
– Ты тоже не глупая. Просто ты росла не в полной семье и тебя мало кто поддерживал. У меня же наоборот семья была полная. Правда, на меня наседали как на коня... Хорошо, что у нашей дочери в итоге и семья полная, и никто на неё не давит, и не пытается сделать из неё какую-нибудь скрипачку... как из меня делали. До сих пор ненавижу эти восемь лет музыкалки. Знаешь, что я сделал со скрипкой, сразу после окончания музыкальной школы?
– Даже странно, что я этого не знаю, мне казалось я всё про тебя знаю.
– Я её продал. И научился играть на гитаре, сделал впервые именно то, что мне нравится, а не то, что хотела мама, и я от этого был намного счастливее. Гитара – мой спутник по жизни, не раз меня выручала... И оказывается, мне ещё есть чему тебя удивить.
Они сели в машину и ехали по трассе обратно. Эля сказала:
– Тебе всегда есть чему меня удивить. Я уже сижу тут в машине и думаю... Куда же мы едем? Домой?
– Правильно думаешь, верно считываешь подвох. Мы едем не домой.
– Ого. Поразительно, что при отсутствии Вики, в выходной день мы едем не домой. Мне уже начинать нервничать?
– Нет. Расслабься и доверься мне.
Эля посмотрела на него удивлёнными глазами и ответила:
– Я бы очень хотела научиться этому умению, но пока у меня не получается расслабиться, зная что ты что-то задумал. Просто... скажи мне. Куда мы едем? А то я уже нервничаю.
Семён посмотрел на неё, понял, что она действительно тревожится и сказал:
– Хорошо. Мы едем в ювелирный салон, покупать обручальные кольца.
Эля удивилась, она ожидала чего угодно только не этого. И спросила:
– Это твоя какая-то шутка, чтобы усыпить мою бдительность?
– Нет Эля. Сама на меня посмотри. Я серьёзен. Просто пришло время заняться этим вопросом. А ещё заедем, подадим заявление в ЗАГС. Чтобы точно расписаться 20 сентября. Осталось чуть больше месяца до этой даты и я хочу заранее купить кольца, не хочу всё откладывать на последний момент и упустить нашу дату. Я знал, что ты сегодня будешь с паспортом и всё спланировал. А ты что-то имеешь против? Ты передумала выходить за меня замуж?
Эля посмотрела ему в глаза и поняла, он сосредоточен и уверен в себе. Он не шутит.
– Ты как обычно. Никак не привыкну, что мне не надо всё решать в одиночку и делать всё самой. Что есть ты, который там втихушку сначала продумает и только потом мне выдаёт готовый результат для обсуждения. Я не передумала, но мне всё же обидно, что ты ни разу не сделал мне предложение, будто я досталась тебе просто так.
Семён посмотрел на Элю и понял, что для неё это действительно важно. И тут он вдруг резко улыбнулся, остановил автомобиль, съехал на обочину прямо посреди лесополосы и вышел из машины. Затем открыл дверцу и вытащил из машины Элю, взяв за руку, он подвёл её к берёзе, развернул к себе лицом, обнял и прижал своим корпусом к дереву.
Тут Эля вспомнила... пробитые колёса у «Калины», как она точно так же стояла у берёзы, а он прижимал её к дереву и сказал свои очередные запоминающиеся на всю жизнь слова: «...но мне противно».
Семён вывел её из воспоминаний наружу словами:
– Ты помнишь это?
– Я этого мгновения никогда в жизни не забуду, как ты меня «поднял» и тут же «бросил» и трусливо сбежал к своей Юле под юбку.
– Вот и хорошо, что мы оба всё помним и ничего не забываем. Теперь посмотри на нас, вспомни какие мы были тогда у дерева... Когда я безумно хотел тебя, шёл с этими колёсами в руках и молился про себя: «Эля, только не подходи ко мне близко...» как я запрещал себе даже смотреть на тебя, позволяя себе рассматривать тебя всю лишь через стекло. И ты была вся такая разбитая, твои глаза были настолько несчастны, они вообще забыли как светиться в них было море слёз. Ты не досталась мне просто так. Мы оба заплатили за это бешеную цену. И посмотри на нас сейчас. Мы вместе. Я могу поцеловать тебя, если захочу, обнять тебя... и это будет не больно.