Пока он не видел Элю, боль звучала фоном и она была тихой – он будто стоял на якоре, укоренился и жил вполне нормальной жизнью. Семён регулярно встречался с Юлей, словно по расписанию. Она несколько раз в неделю оставалась у него на ночь. Он тоже приезжал к ней, но гораздо реже. Ему просто было неудобно ездить от неё на работу по пробкам – она жила на окраине города. Он продолжал посещать свои тренировки, оставляя Юлю одну, как это было и с Элей… и уходить пить с друзьями он тоже продолжал, даже чаще, чем раньше; порой он отказывал Юле в близости, ради посиделок с Александром и Павлом. Он жил так, как ему хотелось – сегодняшним днём.
Маме Семёна Юля крайне не понравилась, она считала её ещё более недостойной для сына, чем была Эля. Елена Ефимовна чуть ли не каждое утро твердила:
– Ты вообще собираешься создавать нормальную семью? Жениться… рожать детей? Вот кого тебе эта алкоголичка родит? Умственно отсталых отпрысков? Только посмотри на неё, каждый вечер по бутылке вина выпивает. Немыслимо… и это женщина… хотя какая она женщина – хабалка она и есть хабалка. Эля хотя бы не пила, не курила, не материлась, здоровую дочь тебе родила… А Юля… безнадёжна.
Семён каждый раз защищался:
– Мам, я не собираюсь ни жениться, ни заводить детей. Зачем мне это? Дочь у меня есть. Заключать брак я больше не хочу – хватило… Мне сейчас и так хорошо. Меня всё устраивает.
– У тебя-то да… А вот у неё детей нет, и ей уже под тридцать. Вот увидишь, она скоро их у тебя потребует. И почему у неё, интересно, с первым мужем дети не получились? Наверняка всё своё здоровье давно пропила и стала бесплодна…
– Тогда точно детей у нас с ней не будет, и нет проблем… Я не знаю, почему у них с мужем не было детей, и из-за чего они вообще развелись. Это было ещё до меня. Она что-то мне об этом рассказывала, но я не слушал. Если честно – мне наплевать.
– Ох, сынок. Неправильно это всё… нехорошо. Не достойна она тебя. У тебя столько хороших и красивых девушек было, почему ты всё время подбираешь какие-то отбросы?
– Прекрати так говорить… Мы с Юлей очень похожи, и легко находим общий язык. С Элей мы были разные… слишком.
Его взгляд тут же помутнел и он замолчал.
– Ладно, сынок. Доедай и езжай на работу. Отвлекла я тебя, опоздаешь.
Семён ехал на работу в потоке машин, но впереди была авария, и все встали в пробку. Боясь опоздать, он свернул во двор и решил поехать в объезд. Он встал на перекрестке и включил радио погромче, чтобы послушать прогноз погоды на сегодня. Семён смотрел на светофор, красный уже менялся на жёлтый, он выжал сцепление, включил скорость, и вдруг ощутил, что его сердце забилось чаще, хотя никакой опасности на дороге не было, он зачем-то повернул голову вправо… и… увидел Элю.
Она сидела в своей машине и ехала по соседней полосе, эмоционально разговаривая с кем-то по телефону. Положив трубку, она резко швырнула телефон на сиденье рядом с собой. Эля смотрела на светофор, ожидая зелёного сигнала. Она явно была чем-то расстроена.
Семён тут же посигналил ей, она повернулась и увидела его. Их взгляды встретились, а их машины так и не тронулись с места. Зелёный уже давно включился и позади них десятки машин протяжно сигналили. Они перекрыли движение. Семёна в это мгновение волновала только одна мысль:
«Зачем… я… это... сделал… идиот. Надо было ехать мимо».
Он кивком показал, чтобы она съехала на обочину. Прежде чем выйти из машины к ней на встречу, он повторял про себя свою мантру:
«Только спрошу про дочь, заодно отдам алименты… Спрошу что у неё случилось, вдруг ей нужна помощь… Нет, не буду спрашивать… Это не моё дело. Только про дочь и всё… Главное не касаться её».
Он выдохнул и вышел из машины, а она уже шла ему на встречу, одетая совершенно не по погоде. Семён мысленно запретил себе рассматривать её, но уже было поздно. Он смотрел на её ноги в тонких колготках, выглядывающие из голенища высоких сапог, короткую облегающую юбку и курточку совсем не прикрывающую её ягодицы, и думал:
«Ну, конечно, короткая юбка… какая же ещё... это же Эля. Это она… Мне конец».
Она поравнялась с ним и улыбнулась. Он смотрел ей в глаза и улыбнулся в ответ, но он заметил – её улыбка поверх грусти. Что-то всё же случилось.
– Привет, Эля.
– Привет, Семён.
– Как дела?
– У меня?
– У тебя.
– У меня всё как обычно. А у тебя?
– У меня тоже.
Семён старался смотреть ей в глаза, но не удержался и скользнул взглядом вниз по её ногам, он увидел, что она дрожит и спросил:
– Ты чего так легко одета? Холодно же.
– В машине мне нормально. Я же почти всё время в ней.
– Смотрю, ты так и не научилась носить длинные юбки. Пойдем ко мне в машину, погреешься, я тебе алименты отдам. Удачно я тебя встретил, не нужно будет сегодня заезжать к тебе, и привозить их.