– С таким макияжем ты не заплачешь, детка. Ты не испортишь двухчасовую работу. Значит, он хочет, чтобы я начала новую жизнь… Всё сначала? Так тому и быть. Одно знакомство с ним перевернуло всю мою жизнь и превратило в проклятие. Но больше он никогда не поцелует меня, никогда не обнимет, его не будет рядом. Пусть теперь новое знакомство это всё исправит. Я хочу нового мужчину. Гена меня достал. Плевать на его угрозы. Я не боюсь его.
Она надела сапоги на каблуке, дублёнку и нырнула в поджидающее её такси. Увидев, как водитель смотрит на её ноги, она поняла – вечер будет жаркий, она выглядит потрясающе.
***
Семён написал Юле, что сегодня не приедет к ней. Ему было слишком плохо, и он был не в состоянии её видеть. Придя с работы, он даже не поужинал, чем огорчил свою маму, и заперся в своей комнате, чтобы его никто не трогал. Он взял гитару и начал играть мелодию, которую он учил для Эли в «Берёзовой роще», он удивился, что всё ещё помнил её. Она, как и тогда не удавалась ему и обрывалась на самом красивом месте. Он отшвырнул гитару на диван и закрыл глаза. Весь день его мучил образ плачущей Эли, идущей по парковке. Он боялся за неё.
Семён разобрал свой диван и попытался лечь спать, но навязчивые мысли не покидали его:
«Ей очень плохо… как она это выдержит? А вдруг Гены нет рядом? Вдруг она одна… Ну нет, в день рождения она не будет одна».
Тут он вспомнил её слова про «Мираж» и решил:
– Поеду туда. Только проверю, что с ней всё в порядке и сразу домой. Она не должна меня увидеть.
***
Эля с Диной уже сидели за столиком в «Мираже» и пили вино за здоровье именинницы. Эля ловила на себе десятки мужских взглядов, хотя она ещё даже не выходила на танцпол. Она никуда не спешила, болтая с Диной, ей хотелось сегодня получить максимум от этого вечера.
– Эль, ты расскажешь, что с тобой сегодня стряслось или нет?
– Я сегодня прошла процедуру исцеления, умываясь своими слезами.
– Ты мне попроще говори, я не настолько духовная личность как ты, чтобы понимать такую тонкую материю…
– Я разорвала отношения с Семёном, точнее это сделал он. В общем мы окончательно расстались.
– Это как? Год никак не могли расстаться, сопли жевали и вдруг бац, щёлкнули пальцами и о, магия – мы расстались?..
– Он сказал, что больше не любит меня.
– О, с козырей пошёл. Вот урод. И ты веришь ему?
– Даже не знаю. Это было очень правдоподобно. Но мне сложно до конца поверить. Какие-то сомнения в душе остались. Мне, видимо, просто нужно время, чтобы привыкнуть к этой мысли.
– Ой, не любит, да и пёс с ним. Зато теперь ты перестанешь бегать за ним, сможешь идти вперед. Свет клином не сошёлся на нём. Сейчас найдем тебе нового Семёна, лучше прежнего. И Гену своего бросай, смотри, сколько молодых и красивых мужиков смотрят на тебя, глотая слюнки. Выбирай любого.
– Да. Ты права. Именно так я и собираюсь сделать и одного симпатичного я уже приметила. Но он пока ни разу не взглянул сюда.
– Покажи-ка на кого глаз положила?
– Смотри за самый крайний столик у танцпола справа.
– Слушай, а мужики, которые не похожи на твоего мужа тебе, что совсем не нравятся?
– Совсем. Мне нравятся невысокие, коренастые и умные. Пойду на танцпол встану поближе к нему, пусть заметит. Сейчас зависнет, потом пригласит на медляк и оценю его интеллект.
– Что же ты тогда в Гене своём нашла?
– Гена это так… несчастный случай свел. Ошибка в уравнении. Идешь со мной танцевать?
– Конечно же мы идём танцевать, мы здесь для этого! Допиваем вино и вперед. Мужчинка сейчас платье твоё сверкающее увидит и ослепнет, так с ним там ещё два друга, вот и прекрасно.
Эля с Диной вышли на танцпол, после нескольких бокалов вина они обе танцевали очень раскрепощенно, но они не были пьяны. Эля танцевала как обычно, закрыв глаза и прислушиваясь к музыке своей любимой рок-группы «Индиго», она никого не замечала и плыла по залу, словно пёрышко по реке, сверкая золотистым платьем. Вдруг она остановилась и почувствовала, как её пульс участился, поймав знакомое внутреннее волнение, она остановилась и прислушалась к себе:
«Неужели он тут? Я же чувствую его».
Она отошла в сторону с танцпола, и встала, облокотившись на колонну. Эля пыталась разглядывать плотную толпу в сумраке, ища глазами Семёна, но что-либо рассмотреть было почти невозможно. На танцпол выпускали сценический туман. Волна внутри неё утихла и она решила:
«Я слишком много сегодня думаю о нём, сердце не выдерживает... наверное, просто показалось. Ему тут нечего делать, наверняка он уже там вовсю свою любимую Юлю...»