«А ведь брак с ним – это реальный шанс порвать мою связь с Семёном навсегда. Раз уж мы сами не в силах это сделать, а мы это уже выяснили за три года, то непреодолимое расстояние может помочь нам окончательно оборвать все наши встречи и контакты. И мы больше никогда не увидимся с ним... Он не сможет прилететь ко мне... Мы не пересечёмся случайно на дороге, он никогда не будет стоять на пороге моего дома и смотреть на меня грустными глазами, он больше никогда не поцелует меня и не прижмёт к себе. И может тогда, через год или два моя боль станет тише? Она, конечно, никогда не утихнет, но может стать терпимой. Я научусь так жить. И глядя на счастье своей дочери и сама стану хоть немного счастливее, чем сейчас... А Гена, если он перестанет ревновать, то он, вобщем-то нормальный...»
Эля резко воодушевилась и спросила:
– Какая ещё загвоздка?
– Для того, чтобы мы могли жить с тобой и Викой в Швеции, необходимо разрешение её отца на выезд. Она несовершеннолетняя, а он её опекун, его письменное согласие – это обязательное условие.
Тут Эля поникла, её надежда рухнула, а мысли уже не были столь однозначными:
«Ну вот... как всегда. Стоит появиться хоть какой-то надежде – как она сразу убита. Семён ни за что не даст разрешения. Хотя... если я его очень попрошу, если рассказать ему о перспективах для дочери, может он уже достаточно взрослый, чтобы думать не только о себе. Надо попробовать и спросить у него. Я ничего не теряю».
Эля сказала:
– Хорошо. Я сейчас не буду отвечать на твоё предложение. Я немного подумаю и вскоре дам тебе ответ. Как только поговорю с Семёном и узнаю о его решении.
– Если хочешь, я сам поговорю с ним. Я сумею найти аргументы и убедить его.
– Нет. Не вздумай. Если его кто-то и сумеет убедить, то только я. Если полезешь в это, то считай, что я автоматически отказываюсь от твоего предложения.
– Что, поцелуями будешь его убеждать? Или тут цена вопроса выше – шампанское, танцы, постель?..
– А ты вообще сейчас чего добиваешься? Или может тебе прямо сейчас дать ответ и показать на дверь? Ты на что готов ради меня? Ты способен перестать трепать мне нервы? Позаботиться обо мне?
– Прости. Я не могу не ревновать. Но позаботится о тебе, я могу.
– Тогда докажи мне это не словами, а делом. Уезжай сейчас домой и оставь меня одну до тех пор, пока я не дам тебе ответ. Я очень устала за последние дни. Я хочу побыть в тишине и спокойно всё обдумать. Чтобы никто не влиял на меня и не мешал мне принимать решения.
– Я сделаю всё, что ты хочешь. Я даже водителя не отпускал. Боялся, ты окончательно прогонишь меня. Я ухожу. Надеюсь, ты примешь верное решение и будешь жить счастливо ещё очень много лет... Пока, Эля. До встречи.
– Пока.
С этими словами Геннадий встал, и направился в прихожую, было видно, как тяжело ему даётся подчинение. Перед тем как выйти из квартиры он спросил:
– Эля, ты не испытываешь ко мне вообще никаких чувств? Совсем ничего?
– Я не способна испытывать какие-либо чувства к кому бы то ни было, потому что в моей душе и сердце до краёв всё заполнено одним единственным человеком и это не изменили ни разлука, ни развод, ни время...
– Значит пусто?
– Пусто.
– И ты всё равно будешь думать над моим предложением? Или просто сейчас, таким образом, пытаешься избавиться от меня?
– Я, в отличие от тебя, не манипулятор. Я ненавижу ложь и всегда честна с людьми. Я действительно обдумаю твоё предложение. Иди. Я, правда, очень хочу отдохнуть.
Геннадий ушёл. А Эля крутила в руках свой телефон и думала, что ей делать дальше. Чего она на самом деле хочет?
«Если я вступлю с Геной в брак, я, по сути, попадаю в рабство. Чужая страна, я без полноценных прав, не знаю языка, без близких родственников и полностью в его власти... Конечно, ни меня, ни Вику он не обидит и действительно обеспечит и даст всё лучшее… Дочь может получить уникальное образование, с её интеллектом она добьётся больших успехов, со связями Гены перед ней будут открыты все пути. Но будет ли такая жизнь действительно легче для меня, чем та, которой я живу сейчас? Нет гарантий, что боль станет тише. Зато тут в нашем городе мы хоть иногда видимся с Семёном и у Вики есть её родной отец… Пусть Семён сам решит мою судьбу, если он отпустит дочь, значит отпускает и меня, и тогда мы действительно улетим. А если не отпустит, значит, я ещё нужна ему, значит, он ещё лелеет какие-то надежды быть со мной… или просто чёртов эгоист и собственник и поэтому не может отпустить, но я в любом случае – нужна ему. И тогда я останусь и откажусь от этого брака».
***
Семён собирался уезжать ночевать к Юле, сложил вещи в сумку и уже направлялся на выход из дома, когда ему позвонила Эля. Он вздохнул и взял трубку.