__________
*Уикэнд – это суббота и воскресенье как дни отдыха в конце недели. Также может означать какое-либо мероприятие, проходящее в выходные дни.
1.5[gif]. Столкновение
В следующую пятницу Семён ехал с работы к Эле, чтобы забрать Вику к себе – ему было неспокойно. Он заранее мысленно готовился к тому, что снова увидит её спустя несколько месяцев тишины. Он вцепился в руль мёртвой хваткой и пытался слушать радио, но слова диктора сливались в глухой монотонный гул. Он плыл в тумане собственных воспоминаний.
Эля собрала одежду для Вики и ждала приезда Семёна у окна. Она немного нервничала, поскольку знала, что одновременно к ней едет и Гена из Москвы. Она переживала, что Гена с Семёном могут случайно пересечься, и это не предвещало ничего хорошего.
Эля увидела в окне чёрный Chevrolet – Семён приехал первый. Прозвенел звонок в дверь, Эля уже ждала его у порога и быстро впустила в квартиру.
Семён зашёл, осмотрелся по сторонам в поисках Вики, стараясь не смотреть на Элю. А Эля, напротив, смотрела на него во все глаза. Она не видела его с момента, как объявила ему об измене. Семён намеренно избегал Элю, стараясь забирать дочь по пятницам у бабушки, до того как Эля вернётся с работы, но сегодня он задержался в своём магазине. Семён спросил, вскользь взглянув на Элю и стараясь стоять как можно дальше, почти у самой двери:
– Где Викуся?
Эля смотрела на Семёна, не отводя взгляда ни на секунду.
– Она переодевается, сейчас придёт. Забыла свои фломастеры, видимо, собирает их по всему столу… а может, и по всей комнате.
Эля стояла в полном недоумении – она ещё никогда не видела Семёна таким худым и бледным, настолько сильно изменившимся. И она прекрасно понимала, по какой причине он так выглядит, и не ожидала увидеть подобного. Значит, ему действительно очень плохо – он тяжело переносит расставание. Она вспомнила, как сидела и плакала из-за него по ночам, она будто вернула ему свою боль, и ей стало жаль его. Уголки её губ спустились вниз. Тут же она поймала себя на мысли:
«Когда я его выпроваживала из дома, мне его жаль не было, мне было всё равно… Откуда теперь эта жалость? Почему сейчас?».
Семён, уставший чувствовать на себе её взгляд, резко повернулся к ней лицом и перехватил его. Они несколько секунд смотрели друг на друга, пока Эля не сказала:
– Ты плохо выглядишь. Ты здоров?
Он ответил довольно дерзко:
– Не переживай. Физически здоров. Ничем не болен. Не простужен. Не заразен. Могу тебе даже горло своё показать, хочешь? Спокойно можешь мне доверить ребёнка. Ты же только за это способна переживать…
И так же резко он забрал из рук Эли пакет с вещами, продолжая смотреть ей в глаза. Элю нисколько не задел его вызов, она открыла рот, чтобы ответить ему, но Семён резко перебил её:
– Лучше молчи. Мне не нужна твоя жалость. Прекрати на меня так смотреть… как на бездомного котёнка. Пойди лучше помоги Вике и поторопи её.
Эля растерялась, опять поймав себя на мысли, что сегодня она ведёт себя не так как раньше, обычно она с ним спорила до последнего и всегда находила для этого аргументы, а сейчас не нашла.
– Действительно, лучше пойду, потороплю её.
В это же самое время, Гена стоял позади дома Эли, отслеживая перемещения Семёна, через его телефон, номер которого он давно уже выяснил. Он специально подгадывал всё так, чтобы пересечься с ним лично. Ему очень хотелось взглянуть живьём на бывшего мужа Эли, оценить, опасен ли он для него и «пометить» территорию.
Эля привела Вику к Семёну, помогла ей обуться и, попрощавшись с ними, закрыла дверь.
Вика была очень рада видеть папу, она радостно с ним болтала, стараясь как можно скорее рассказать ему все свои новости. И начала она свою историю с зоопарка. Семён, услышав слова: «Я, мама и Гена поехали в Московский зоопарк…», оступился и чуть не подвернул ногу на ровном месте. Они спускались вниз по лестнице, а Гена уже зашёл в подъезд и поднимался им навстречу.
Эля заметила фломастеры на тумбочке, поняла, что Вика их всё же забыла. Она схватила их, открыла входную дверь и выбежала в подъезд в одних тапочках и халате – вдогонку за Семёном. Но в пролёте между этажами она замерла от увиденной картины. На том самом месте, в той самой точке, где Семён когда-то стоял и целовал её, провожая с дискотеки, сейчас стоял Гена. Вика, увидев его, подбежала и поздоровалась:
– Гена, привет. Дай пять. – и Вика с улыбкой выставила свою ладошку.