– Какого хера, сука, ты тут делаешь? Ты что, мразь поганая, тут забыла? Жопу свою пригрела? Других мужиков нет, на моего поглазеть пришла?
Эля ожидала нападения, но не ожидала такой грубости. Ей даже стало смешно и комично наблюдать как эта женщина, меньше её ростом на целую голову пытается лаять на неё как маленькая собачонка, глядя снизу вверх.
Эля сделала к ней шаг вперёд, ещё сантиметр – и они коснутся друг друга. Эля ехидно улыбнулась ей и ответила очень ровным и спокойным голосом:
– Хм, здесь свободный вход. Любой желающий может прийти. А ты уверена, что это твой мужик? Точно? А ты лучше спроси у него, где и с кем он провёл вчерашнюю ночь. Я вот, например, точно знаю, что не с тобой.
Юля стояла и смотрела на Элю молча, она только часто моргала и у неё машинально открылся рот от удивления, а слова так и не вылетели, застряв у неё где-то в горле. Эля лишь подумала:
«Лапки коротки, чтобы допрыгнуть и укусить меня. Ты мне не соперница, он тебя не любит, ты просто подложка... и мне тебя даже жаль, ты сама ещё не знаешь, с кем ты связалась, и как он умеет уничтожать. Твоё счастье если ты тоже его не любишь, а если любишь, считай ты уже не жилец».
На этой мысли Эля развернулась и спокойным медленным шагом отправилась на выход. Стук её каблуков об плитку звучал как набат, как последняя прощальная мелодия перед падением в пропасть. Она села в свою машину и думала:
«Теперь я понимаю, почему ты прогонял меня, боялся, что мы с ней столкнёмся и я выдам тебя, разрушу твою «правильную жизнь». А я могла бы... и я почти это сделала, но я и тут поберегла тебя. Это твоя жизнь, живи, как хочешь, делай свой выбор сам, живи со своей Юлей, трахайся с ней хоть каждый день. Как же я ненавижу тебя маленький мальчик ни на что не годный и не способный в этой жизни. Да подавитесь вы оба! Я к тебе больше не приближусь ни на шаг Семён, я сыта тобой по горло, сопливая размазня... Какую же отвратную бабу ты себе нашёл, неужели из шестидесяти женщин не было чего-то получше? Хотя о чём я... моя подложка ничем не лучше, Гена даже хуже Юли... Это уже не важно... ты больше не сорвешься ко мне, ты снова выбираешь её».
Она завела машину и поехала домой. Ни один мускул не дрогнул на её лице, ни одна слезинка не капнула из её глаз. Видимо, она была окончательно разрушена и ничего живого в ней больше не осталось. Эля твёрдо решила:
«Больше я не сорвусь к нему. Это конец. Я должна беречь себя. Я обещала себе, что буду растить свою дочь. Я не имею права сойти с ума, а если я ещё хотя бы раз окажусь близко, я потеряю рассудок. Я буду терпеть, я стисну зубы, я буду мучиться в одиночестве, но не позволю тебе разрушить меня окончательно. Ты всё равно никогда не выберешь меня...»
***
Юля сидела на трибунах и ждала окончания матча. Она не следила за игрой, не болела за Семёна, она сидела с ровной спиной и ждала того часа, когда она сумеет накинуться на него.
Матч закончился, Семён принял душ, переоделся и направился на парковку, где его ждала Юля. Он увидел её стоящей у машины и улыбнулся ей. Юля никак не отреагировала на него, он понял, что она в плохом настроении и его улыбка тут же стерлась с лица.
Целый час до её дома они ехали по трассе молча, будто бы он – водитель такси, а она – пассажир. Семён видел, что она где-то глубоко в своих мыслях и не стал тревожить её. Хотя ему очень хотелось с кем-то обсудить матч.
Только за ужином Юля ожила и начала говорить с ним. Они сидели на кухне и ели, Юля, пережевывая пищу, очень спокойно спросила у Семёна:
– С кем ты провёл прошлую ночь?
Семён не донёс вилку до рта, замер и смотрел Юле в глаза. Он насторожился и ответил:
– Почему ты это спрашиваешь? Ты же знаешь, что я был у себя дома, один.
– Потому что твоя бывшая жена считает иначе.
Тут глаза у Семёна загорелись, он бросил вилку в тарелку и спросил:
– Ты что видела её? Вы общались?
– Да, мы пересеклись у входа в «Оружейник» и поговорили.
Семён схватился рукой за лоб и провел ладонью по своему лицу, прикрывая глаза. Он помолчал, а затем спросил:
– Что дословно она тебе сказала?
– Тебя интересует только то, что сказала она?
– Не надо отвечать вопросом на вопрос – это идиотская привычка.
Юля смотрела на него глазами полными ненависти, злобы и тоски, её челюсти сжались, и она отвечала очень резко, пропуская каждое слово сквозь зубы:
– Она сказала, что точно знает, что ты провёл вчерашнюю ночь не со мной. Интересно откуда ей это известно?
– Она именно так сказала? И это всё что она сказала?
– Что, нужна информация, чтобы красиво соврать мне? Да она именно так сказала и больше ничего... Ты был с ней?
– Нет, я был дома.
– Подонок, ты же врёшь мне.
Семён безразлично смотрел ей в глаза, продолжая есть.