– Знаешь, Эля, не могу сказать, что это невыносимо больно... Но действительно больно, стерпеть можно. Это очень необычный процесс, там происходит много всего. Я особенно запомнила даже не боль, а какое-то странное помутнение рассудка.
Эля выронила картошку и испуганно взглянула на маму:
– Как это?
– Это как будто мозг защищается от боли и немного отключается. Я помню, непосредственно перед тем как ты родилась, у меня было такое странное состояние, я всё слышала и видела, как в туннеле, и с трудом понимала, что мне говорят врачи. Мне нужно было залезть на кресло, а я стояла и не могла понять, как на него залезть... я полезла на него задом наперёд. В итоге мне акушерка помогала, но боли я уже не чувствовала. А потом и ты уже родилась. И после родов это помутнение сразу прошло.
– Ничего себе... никогда о таком не слышала на практике в отделении. А что было потом?
– А потом на живот кладут лёд, лежишь и отдыхаешь. А тебя запеленали, показали мне и увезли в детское отделение. Потом привозили каждые три часа на кормление. В том числе и ночью.
– А грудью кормить – это больно?
– Не помню, Эля. У меня уже в роддоме не получилось кормить грудью. Почти сразу давали бутылочку со смесью.
– Мам, а ты много прибавила в весе за беременность?
– Я почти ничего не прибавила. У меня был страшнейший токсикоз, я толком ничего не могла есть, меня рвало весь срок... Переживаешь за свою внешность?
– Конечно... Вдруг я стану толстой и перестану нравиться Семёну...
– Ох, Эля. Родится ребёнок, и ты вообще об этом думать перестанешь, другие заботы будут. Лишний вес наоборот в помощь, хоть какой-то запас. Потому что с младенцем на руках даже поесть будет некогда. А я смогу тебе помогать только первый месяц, потом у меня закончится отпуск, и вам придётся переехать жить к бабушке и справляться самостоятельно. Конечно по выходным буду приходить, помогать... но не всегда.
– Я понимаю, мам. Спасибо тебе за помощь. Мы справимся.
Закончив работать на кухне, Эля помыла пол, постирала бельё и начала собираться в женскую консультацию. Семён вернулся с тренировки и пошёл в душ. Она сидела на стуле в комнате, накрашенная, одетая, готовая идти на УЗИ. Он вошёл в комнату в одних шортах, увидел, как она сидит и ждёт, улыбнулся ей и сказал:
– Готова? Вижу, что тебе уже не терпится. Сейчас оденусь – и поедем.
Эля, как обычно, разглядывала его и думала:
«И почему рожают женщины... вскармливают женщины... толстеют, а мужчины остаются всё такими же красивыми и им хоть бы что... им не понять наших переживаний».
– Да, мне не терпится скорее встать на весы и узнать, сколько ещё килограммов я прибавила за последние две недели. Я чувствую, что стала тяжелее. Мне трудно подниматься по лестнице, трудно мыть пол, поясница побаливает. Ну и конечно, я очень хочу увидеть малыша, попрошу Светлану Михайловну сделать ещё один снимок.
– Надеюсь, она не откажется, хочу родителям показать. А ты больше не мой пол, оставь это мне, я сам всё сделаю.
– Хорошо. Поехали уже скорее.
Они приехали на УЗИ и вошли в кабинет. Светлана Михайловна измерила все параметры и записала в карту. Затем, оставив датчик на животе, повернула к Эле с Семёном экран, чтобы они могли посмотреть на ребёнка. На экране было отчётливо видно силуэт младенца, активно двигающего ручками и ножками. Оба молча и заворожённо смотрели на экран, не отрывая взгляда, и улыбались. У Эли даже покатилась слеза, когда она наблюдала за своим малышом. Светлана Михайловна распечатала им этот кадр и отдала в руки, затем она сообщила:
– Эля. Я могу сказать пол ребёнка. Мне удалось разглядеть. Вы хотите знать?
Семён и Эля сказали одновременно:
– Хотим.
Она тепло улыбнулась им, ей явно нравилась эта пара и она ответила:
– У вас будет девочка.
Эля радостно схватилась руками за свои щёки и сказала:
– Я так и думала... я так и знала, что это девочка. Я её уже даже по имени называла, когда разговаривала с ней.
Семён отреагировал молча и только спросил:
– А с ней всё хорошо?
Врач ответила:
– Да, у неё всё отлично, все показатели соответствуют сроку беременности. Плод крупный, расположен головой вниз, показаний к кесареву нет. Необходимо будет заранее лечь в роддом. В твоём возрасте, Эля, нельзя допустить чтобы роды начались дома, нужно быть под наблюдением. Где-то пятого мая необходимо планово лечь в роддом.
Эля чувствовала себя самой счастливой на свете от таких новостей. И она говорила восторженно и с благодарностью в голосе:
– Конечно. Я всё сделаю как надо. Спасибо вам огромное за всё. И отдельное спасибо за снимок. Я знаю, что вы не всем их делаете.