Она проснулась от пронзительного детского крика, тут же встала с кровати, но… не поняла что произошло. Она увидела перед собой кирпичную стену, возникшую будто из ниоткуда прямо посреди комнаты. Она потрогала кирпичную кладку – кирпич был холодным и сырым. За стеной плакала Вика, и Эля не могла понять, как ей добраться до дочери, чтобы покормить. Она разбудила Семёна и сказала:
– Семён, откуда у нас кирпичная стена поперек комнаты? Как мне добраться до Вики?..
Семён с изумлением посмотрел на Элю, на комнату и на плачущую Вику и сказал:
– Эля… нет никакой стены… у тебя галлюцинации.
– Как нет? Вот же она. Я её чувствую... она холодная.
– Эля спи. Ляг. Я сам к Вике встану и покормлю её из бутылочки твоим молоком.
Эля легла – и тут же провалилась в сон.
От автора: ваша поддержка книги в виде ️ или добавлений в библиотеку, напрямую помогают книге расти. Спасибо что читаете до конца.
2.12**️. Нам всё равно хорошо вместе
На следующий день Семён окружил Элю максимальной заботой. Хорошо, что была суббота, и он оставался дома. Эля наконец смогла выспаться и хоть немного прийти в себя. Семён сам мыл Вику, гулял с ней, докармливал сцеженным молоком и приносил дочь Эле только на кормления. А Эля готовилась к сдаче последнего экзамена. Это был госэкзамен по педиатрии, который принимала медицинская комиссия и уже известный нам строгий преподаватель – Лидия Михайловна Огурцова.
Эля читала параграфы учебника один за другим, стараясь вспомнить, какая сыпь при кори, а какая – при менингите. Буквы плыли перед глазами, сливались в одно серое пятно, но она всё равно старалась сосредоточиться и прочесть хотя бы по одному разу ответы на все пятьдесят билетов.
В гости пришла её мама. Она приготовила поесть, погладила пелёнки и рубашки Семёна. Зайдя в комнату к Эле, она принесла ей на тарелке привычную гречку с курицей, чай с молоком и печеньем «Мария». Эля, увидев еду, которая ей уже не лезла в горло, всё равно принялась уминать гречку, поглядывая в книгу – она была голодна и ела почти машинально.
– Мам, я так рада, что ты пришла. Семён, конечно, тоже много помогает, но без тебя я бы к экзамену не подготовилась нормально. Если честно, мне кажется, я его не сдам, я ничего не соображаю, память как отшибло, всё читаю, будто в первый раз.
– Это из-за переутомления, Эля. И пережитого стресса. Ты обязана сдать экзамен. Ты столько всего уже прошла – ты не имеешь права сейчас сломаться. В нужный момент всё вспомнишь. Это последний шаг, после него ты получишь диплом об образовании, профессию, которая позволит тебе прокормить себя и ребёнка. Это возможность не зависеть от других. А с такими родителями, как у Семёна это особенно важно. Я никогда не ждала от них ничего хорошего, но то, что сделали они – в голове не укладывается. Да ещё с этой свадьбой ужимаются по полной, каждую копейку считают.
– Я до сих пор не могу поверить в то, что они нас обирают в такой и без того сложной ситуации. Я уже и сама ничего хорошего от них не жду и стараюсь поменьше общаться. Семён слушает их, уважает и не может сказать ни слова против. Для меня это унижение... а он их оправдывает и всё позволяет.
– Он миротворец, Эля. Не бунтарь. Вот такой он человек. Он вечно будет пытаться всех примирить, тех, кого любит, кто ему дорог. Конфликты, ссоры он переживает тяжело. Поэтому ему всегда так трудно принимать решения, делать выбор и брать на себя ответственность. Он хочет быть хорошим для всех и боится кого-то обидеть. Это не плохо и не хорошо, он просто такой. Надо принимать его таким, какой он есть. Жизнь его ещё удивит, невозможно всегда быть хорошим для всех... Но в целом он очень положительный парень: добрый, отзывчивый, старается, помогает, думает о вас всё время. И искренне переживает за всё.
– Да, он хороший. А его родители... тихий ужас. Это будет на их совести.
– Ладно, Эля. Учи билеты. В понедельник поедем на экзамен всё вместе. Я, Вика и родители Семёна. Чтобы у тебя была возможность покормить Вику.
– И его родители едут? А без них никак нельзя?
– Пусть участвуют и хоть как-то помогают. Тебе что, плохо, что тебя на машине отвезут и привезут или хочешь в автобусе мотаться с коляской?
– Ладно, хорошо. Поедем все вместе.
К вечеру Эля закончила свою подготовку к экзамену, покормила Вику и уложила её в кроватку, собираясь ложиться спать. Семён прилег рядом, он выглядел очень уставшим. Эля спросила:
– Утомила тебя Викуся сегодня?
– Да. Я устал больше, чем на работе и на тренировке. Вроде ничего особенного не делаешь, а устаёшь. И больше всего устаёшь от того, что сам себе не принадлежишь, всё время что-то должен делать по чужому режиму... И всё одно и то же по кругу, нудно и скучно.