Эля обхватила его руками за шею, боясь, что ноги перестанут держать её. А его руки уже блуждали по ней. Было слышно, как резко участилось его дыхание. А Эля, наоборот, замерла и забывала дышать, наблюдая за тем, что он делает. Она совершенно не представляла, что ей нужно делать. Эля старалась расслабиться. Понять, чего она сейчас желает больше всего. Он расстегнул её бюстгальтер и отбросил его в сторону. Она поняла, что осталась почти обнаженной перед ним, и напряглась – это был пик её страха, она ожидала разочарования, но вместо этого она почувствовала тепло его губ.
Семён бережно коснулся её груди, целуя так осторожно, будто боялся, что ему это снится и она в любой момент исчезнет. Это было безумно приятно, волна желания нахлынула на неё, ничего подобного она ещё не испытывала и не представляла себе, что это будет ощущаться так остро.
Он становился всё настойчивее, оставаясь при этом очень нежным. Все сомнения Эли исчезли, уступая место жгучему чувству. Она растворялась в его объятиях, позволяя окончательно раздеть себя, совершенно не замечая, когда он сам успел полностью обнажиться.
Семён уложил её на постель и осыпал поцелуями абсолютно везде, передвигаясь медленно, неспешно, впервые открывая её для себя. От каждого прикосновения Эля слегка вздрагивала, её дрожь усиливалась, она была приятной – озноб, от которого становилось тепло внизу живота.
Он поцеловал её в губы очень страстно, она почувствовала, как он плотно прижался к ней своим животом, и скользнув взглядом вниз, она разглядела его возбуждение и испугалась, затаив дыхание и округлив глаза, она наивно сказала:
– Это всё... в меня не влезет.
Семён, увидев её растерянность, тепло улыбнулся и, уткнувшись носом в её волосы, прошептал на ухо:
– Влезет. Просто расслабься. Ты напряжена... я никуда не тороплюсь и буду очень осторожен. Я не сделаю ничего, что ты не захочешь.
Он снова поцеловал её, сплетаясь с ней в одно целое. Она сумела полностью отпустить свой страх, но тут же почувствовала, что ей больно и на секунду сжалась. Однако это новое ранее незнакомое желание проникновения накрывало сильнее боли. Семён всё понял и перестал делать попытки. Он продолжал гладить её и целовать.
Она ощущала в этот момент только одно – что хочет его и нежно погладила его по спине, страстно впилась в его губы. Несмотря на неудачи, Семён нисколько не остыл – наоборот, ему хотелось только сильнее и больше. А Элю накрывала волна страсти одна за другой, она забыла обо всём: о своей внешности, неловкости и боли.
Она желала почувствовать его. Её тело стало податливым и само потянулось к нему и именно в это мгновение они стали единым целым. Она впервые ощутила, насколько можно быть близко с мужчиной. Уже не было больно, только пожар обжигал изнутри. Огонь, разгорающийся от его поцелуев, от его нежных прикосновений и осторожных движений становился всё сильнее. Она уже сама не знала, где заканчивается она и начинается он.
Когда всё стихло, он продолжал обнимать её, крепко прижимая к своей груди, не выпуская ни на секунду. Семён произнёс, закрывая глаза:
– Какая же ты... сладкая. С ума можно сойти от тебя.
Открыв глаза и взглянув на неё, он спросил:
– Ты получила удовольствие? Тебе не больно?
Он переживал за неё искренне, это было видно. Ему было важно не испугать её, и показать, как может быть хорошо. Несмотря на то, что ему приходилось сдерживаться и быть очень сосредоточенным на её ощущениях, его страсть закипала в нём, нежно вырываясь наружу.
Эля задумалась, ей было не с чем сравнить, и она ответила:
– Ты про оргазм спрашиваешь? Наверное, получила, я точно не знаю. Сначала было больно, потом уже приятно.
Семён улыбнулся, умиляясь её наивности. И ответил:
– Ещё узнаешь.
И поцеловал её в макушку. Он выключил музыку, поднял одеяло с пола, и укутав её, заботливо сказал:
– Поспи. Уже поздно.
Ему хотелось продолжения, его страсть не утихла, но он твердо решил дать ей возможность прийти в себя. Наблюдая, как она засыпает, он задумался, вспоминая свой первый секс с Ириной, которая говорила тогда, что была девственницей. Теперь он ясно понял, что это была неправда, она обманула его, непонятно зачем. Только сейчас он понял разницу.
Эля закрыла глаза и, засыпая на его груди, думала:
«Неужели я правда ему понравилась...»
Проснувшись утром, она обнаружила, что он уже встал и сидел в одежде на кровати, наблюдая, как она спит. Она потянулась, и его рука сразу же скользнула под одеяло, погладив её ногу. Эля снова почувствовала тепло внизу живота, это не было возбуждением, но было чем-то особенно приятным не похожим на то, что ей доводилось чувствовать ранее. Словно её тело откликалось на его призывы, словно они говорили телами.