Эля умыла Вику и отнесла в комнату, уложила в кроватку и дала в руки погремушку. Вика тут же с удовольствием начала её облизывать. Эля села рядом, наблюдая за ней. Семён пошёл за ними следом.
– Давай я чем-нибудь помогу тебе. Ты уже гуляла с ней?
– Не гуляла. Нет у меня сил тащить коляску.
– Давай я схожу, а ты пока поспи.
– Иди.
Эля встала и легла в кровать, закрыв глаза. Семён подошёл к ней, присел рядом и погладил её по спине. Она повернулась и сказала:
– Убери от меня свои руки. Я не хочу, чтобы ты ко мне прикасался.
– Почему?
– Ты действительно не понимаешь почему?
– Потому что ты устала... и хочешь спать?
Эля приподнялась и сказала глядя ему в глаза:
– И поэтому в том числе. Но в основном из-за того, что мне противны твои прикосновения... и весь этот детский сад, который ты устроил. Когда ты уже наконец повзрослеешь, а? Почему я не бегу развлекаться с подругами? Почему круглосуточно думаю о семье и живу ею, на меня всегда можно положиться, я здесь, я рядом. Вечно ждущая тебя… А ты? Где ты? Когда на тебя можно будет положиться? Я сегодня впервые почувствовала себя одинокой рядом с тобой… и это неприятное чувство.
– Эля… ну что ты такое говоришь… ты всегда можешь положиться на меня. В любой момент.
Он прилег рядом с ней и обнял её.
– Я же сделал это не специально, я совершенно… я правда не хотел тебя обидеть.
– Я знаю, но от этого не легче. Иди гуляй с Викой, одевай её как вчера. А меня оставь. Я наконец-то посплю.
Семён ощутил её холод и ему стало не по себе. Внутри возникла тревога. Он встал и начал собираться с дочерью на улицу. Сменил ей подгузник, одел комбинезон и ушел гулять. А Эля лежала в постели и несмотря на всю усталость никак не могла уснуть. Она пыталась утихомирить свои мысли:
«Он так ничего и не понял… я живу семьей, я повзрослела… а он нет. Он скучает по прошлой жизни. Он не понимает что такое семья… хоть и любит нас».
Ей стало горько от понимания этой правды, было обидно и она не понимала, что с этим делать.
Когда Семён вернулся с Викой, он разбудил Элю и, сев рядом, отдал дочь на кормление. Эля спросонья оголила свою грудь и машинально приложила Вику, дочь явно была голодна и искала сосок, но не взяла его и начала плакать. Тогда Эля встала и попыталась приложить Вику к другой груди, но и от неё дочь отказалась. Эля встревоженно посмотрела на Семёна и сказала:
– Иди грей сцеженное молоко.
Семён ушел, а Эля раздела Вику и заглянула в подгузник, но там всё было сухо. Вика продолжала громко плакать, тревога Эли росла. Она попыталась её отвлечь игрушкой, не сработало, попыталась укачать и снова приложить к груди – всё тщетно. Семён вернулся с бутылкой, Эля дала её Вике, она сразу же присосалась и утихла, поедая содержимое быстрыми глотками.
Эля держала бутылку дрожащей рукой, по её щекам потекли слёзы, и она сказала дрожащим голосом:
– Покорми её сам. Я не могу.
Семён взял из рук Эли бутылку и продолжил кормить дочь. С недоумением глядя на Элю, он спросил:
– А ты что разрыдалась? Она же уже успокоилась.
Эля туго запахнула халат на своей груди, отошла к окну и глядя вдаль сказала:
– Я плачу от того, что Вика отказывается от груди. Она больше её не возьмёт. Мы проходили это в колледже. Это так и называется – отказ от груди в пользу бутылки.
– Ты в этом уверена? Может она в следующий раз возьмет грудь? Почему такое могло произойти?
– Я конечно буду ещё предлагать грудь. Но по статистике… не возьмёт. Она поняла, что из бутылки сосать легче. Она уже не новорожденная и многое понимает. А произошло это из-за свадьбы… она весь день была без груди и провела его, кушая из бутылочки…
У Эли снова навернулись слёзы на глазах. Семён поспешил утешить Элю.
– Не делай поспешных выводов. Она всего один раз отказалась, просто разнервничалась. В следующий раз возьмёт. Как вообще ребёнок может отказаться от груди? Это же естественное для неё и привычное.
– Ты не понимаешь… она больше не возьмет грудь… а если я не буду прикладывать к груди, мне придется постоянно сцеживать молоко, и его станет мало… её придется кормить смесью.
– Ну ты всё, совсем в свои фантазии ушла. Успокойся и не нервничай. У тебя молока всегда было с избытком.
– Ты просто не понимаешь каково это когда твой ребенок отказывается от тебя.
– Не понимаю. Но и в твои слова мне не верится. Это всё противоестественно.
Вика съела всё, что было в бутылочке и насасывала пустую соску. Семён забрал у неё пустую бутылку и сказал Эле:
– Вот попробуй её приложить, она не против ещё поесть.
Эля взяла Вику на руки и попыталась аккуратно приложить к груди, но дочь завидев грудь тут же отвернулась. Эля попробовала предложить ей вторую и она расплакалась. По щекам Эли потекли горячие слёзы, она отдала Вику Семёну и сказала дрожащим голосом: