– Не слишком роскошно для ночной рубашки? – спросила мама, но в этот раз Норико не сдалась.
Она ведь едет туда в качестве подружки идеальной Юи-тян и не может позволить себе выглядеть по-дурацки.
Нежная на ощупь, с мягкими оборками. Ее сердце радостно забилось, когда она укладывала в сумку новую пижаму.
– Смотри, не заскучай, – усмехнулась мама.
– А? – переспросила Норико.
– Ну, не плачь там по дому и по маме.
– Не буду.
Она ведь уже в четвертом классе как-никак.
Норико догадывалась, что мать над ней смеется, и это ее бесило. С чего бы ей вообще по ней скучать – она и так вечно пропадает на своих ночных рабочих сменах.
– Вот как? Впрочем, о чем это я, ты у нас никогда особо чувствительной не была, – парировала мать, и Норико разозлилась еще сильнее.
Не особо чувствительная у них как раз мама. И это вовсе не значило, что и Норико такая же, пусть не делает поспешных выводов. Вот бы мама хоть иногда принимала в расчет ее переживания, а не просто рубила с плеча, как сейчас.
Она была уверена, что дома у Юи все происходило именно так, как ей хотелось.
Норико не заметила, как задремала.
Благодаря этому тошнота от укачивания наконец отступила. Когда она открыла глаза, то все еще ощущала легкую усталость, но ей было уже гораздо лучше.
Она не знала, сколько времени прошло, но обстановка в автобусе, кажется, изменилась. Норико аккуратно убрала полотенце, лежавшее у нее на глазах, и увидела, что окружавшие ее взрослые с обеспокоенными лицами куда-то пропали.
В салоне все еще разговаривали люди, но уже гораздо тише, чем утром. Ни Юи-тян, ни Ами-тян она больше не слышала.
Лежа на заднем сиденье, она посмотрела на небо сквозь окно, располагавшееся по диагонали от нее.
Автобус, похоже, ехал где-то в горах или по лесу – за окном тянулись зеленые деревья. В лучах летнего солнца листья отбрасывали густые тени, и эти тени наползали на другие листья, что были рядом. Контраст между черным и зеленым показался Норико очень красивым. Наверное, они двигались по горной дороге, но она была совсем другой по сравнению с той, извилистой, и тянулась прямо вверх по длинному склону.
– Норико-тян, ты как?
К ней подошла мать Юи – видимо, заметила, как она открыла глаза. Норико было стыдно, что она доставила ей столько хлопот, поэтому она лишь легонько кивнула.
– Ох, я так рада! – громко воскликнула мама Юи. – Скоро будем на месте, – добавила она, глядя в ту сторону, где сидела ее дочь и остальные. – Юи с другими детьми тоже немного подремали. Мы рано выехали – немудрено, что у всех глаза слипаются.
– Ага.
То есть место, к которому они направляются, настолько далеко, что все даже успели поспать по дороге. Дом, откуда она вышла сегодня утром, остался где-то там, позади.
Норико бывала в школьных поездках со своими одноклассниками. Но они никогда не оставались там ночевать. И еще она всех знала – и детей, и учителей, а здесь она была знакома лишь с Юи и ее матерью. Если подумать, она впервые отправилась куда-то вот так, совсем одна.
Интересно, а Юи-тян не одиноко?
С ней, по крайней мере, мама. А папа остался дома. Наверное, он сейчас по ней скучает.
– Скоро прибудем в «Школу»! Готовьтесь! – объявила Токита, женщина, которая находилась с ними с самого пункта сбора.
Красивая и энергичная, да еще и добрая – не осталась в стороне, когда Норико стало плохо, она чем-то неуловимо напоминала маму Юи. Худая, симпатичная, благодушная с виду, говорливая – да, мать Норико с ней и рядом не стояла. Токита казалась довольно молодой – эдакая «старшая сестра», но она держала на руках младенца, и Норико с удивлением поняла, что ребенок этот – ее.
Автобус, плавно двигавшийся вперед, вдруг затормозил. Норико поднялась и, выглянув в окно, увидела что-то вроде стоянки. Там было множество других автобусов, и каждый ждал очереди, чтобы припарковаться.
Ничего себе, сколько, оказывается, здесь людей!
– Нонко-тян!
Юи принесла рюкзак Норико с переднего сиденья. Она закинула его за плечи и приготовилась выходить.
– Все в порядке?
– Ага. Нормально.
– Хорошо, – с заметным облегчением кивнула Юи.
Позади нее стояла высокая девочка с большими круглыми глазами. Она была загорелой, с коротко стриженными волосами. Наверное, спортсменка – пловчиха, или еще что-нибудь в таком духе.
– Это Асами-тян, – представила девочку Юи. – Мы каждый год с ней ездим в «Школу». Ей столько же, сколько нам, и все зовут ее Ами-тян. Ами-тян, а это Норико-тян, я про нее рассказывала, мы учимся вместе. Я называю ее Нонко-тян.
– Окей! Будем знакомы! – сказала Ами.