Ваал, чьи глаза сияли триумфом, с гордостью протянул книгу. Переплет из человеческой кожи всё ещё пытался укусить учителя за палец, но Бессмертный одним коротким, властным движением ладони прижал фолиант к стене, и книга, издав жалобный всхлип, затихла. В этот момент коридор взорвался грохотом: из-за угла вылетели два цербера, огромные псы с тройным рядом зубов, чья слюна разъедала каменный пол. За ними, в облаке из фиолетового дыма и ярости, стремительно приближалась мадам Аспид. Её лицо, обычно застывшее в маске высокомерного спокойствия, теперь напоминало разлом в жерле вулкана.
— ПРЕДАТЕЛИ! — её крик заставил стёкла в ближайших окнах треснуть. — Маленькие, ничтожные отродья! Кто позволил вам войти в мои покои?!
Дети-демоны инстинктивно сбились в кучу, но не от страха, а от того азарта, который поселил в них Бессмертный. Ваал даже дерзко оскалился, чувствуя, что теперь он не просто «пункт в списке», а соучастник великого обмана. Мадам Аспид затормозила в двух шагах от учителя, её длинные когти впились в ладони.
— Какая экспрессия, мадам Аспид, — мистер Бессмертный невозмутимо поправил запонку, даже не шелохнувшись перед лицом её ярости. — Если бы вы вкладывали столько же страсти в методику преподавания, сколько в крики в коридорах, ваши ученики, возможно, не чувствовали бы нужды в «самостоятельном изучении» ваших архивов.
Мадам Аспид замерла, её зрачки сузились до размеров игольного ушка. Взгляд переметнулся с учителя на Ваала, который всё ещё прижимал к себе книгу, и наконец остановился на самом фолианте. В её глазах вспыхнул не просто гнев, а настоящий, первобытный ужас — ужас хищника, который внезапно обнаружил, что добыча украла его ключи от сейфа.
— Верните. Книгу. Сейчас же, — прошипела она, и этот шепот был страшнее любого крика, потому что в нём слышался скрежет металла по стеклу.
Бессмертный медленно взял «Утиль» из рук Ваала. Он не стал открывать её сразу; вместо этого он медленно провел пальцем по кожаному переплету, словно настраивая инструмент.
— Знаете, мадам Аспид, — протянул мистер Бессмертный, и в его голосе послышались нотки притворного любопытства, — я всегда считал, что административная работа требует скрупулезности. Но ваш подход к учету... он просто поэтичен. Продавать собственных учеников в качестве живых мишеней для неоперившихся ангелов — это не просто цинизм, это настоящий стартап в сфере межпространского трафика.
Мадам Аспид дернулась вперед, ее пальцы удлинились, превращаясь в острые, как бритва, лезвия. Она не собиралась больше тратить время на слова. Одним резким движением она полоснула воздухом, посылая в сторону учителя волну концентрированной темной энергии, которая должна была снести его вместе с половиной коридора. Но Бессмертный даже не моргнул. Он просто прикрыл книгу ладонью, и вспышка энергии, наткнувшись на невидимый барьер, с негромким хлопком рассыпалась искрами, не оставив на его безупречном костюме ни единой складки.
— Ваша агрессия не делает вас правой, она лишь делает вас предсказуемой, — спокойно заметил он.
В этот момент Кастиэль, всё ещё наблюдавший за сценой из тени, сделал шаг вперед. Его золотистые глаза вспыхнули. Он чувствовал, как в воздухе вибрирует сила этой книги, и понимал, что если реестр будет обнародован, репутация мадам Аспид среди высших чинов Ада превратится в пепел. Но больше всего его задело то, как легко этот «смертный» управлял ситуацией.
— Достаточно этих театральных эффектов, — отрезала мадам Аспид, и её голос теперь вибрировал от сдерживаемой мощи. — Вы думаете, что клочок старой кожи с именами даст вам рычаг давления? В этом заведении закон — это я. А закон гласит, что любой, кто посягает на собственность директрисы, отправляется в подвалы на переплавку.
Она вскинула руку, и из теней коридора начали отделяться фигуры. Это были наёмные охранники-инкубы, массивные существа с кожей цвета запекшейся крови и тяжелыми цепями, которые с глухим лязгом волочились по полу. Они обступили группу, отрезая путь к отступлению. Дети-демоны пригнулись, их когти вышли из подушечек пальцев, а в глазах зажегся не страх, а предвкушение драки. Ваал, почувствовав поддержку учителя, дерзко выплюнул сноп искр прямо в сторону ближайшего охранника.
Мистер Бессмертный медленно открыл «Утиль» на случайной странице. Его взгляд скользнул по именам, выведенным каллиграфическим почерком из желчи.
— Посмотрите-ка, — пропел он, указывая на одну из строк. — Маленький Асмодей, шестой год обучения. Причина списания: «слишком много вопросов о правах младшего персонала». Какое варварство, мадам Аспид. Вы продали ребенка просто за любопытство? Даже для Ада это кажется излишне жестоким.