Ваал, Ксана и Моракс стояли в ряд, выглядя как образцовые ученики. Ваал даже натянул наглазниковые ремни, которые обычно носили самые послушные бесы, чтобы создать иллюзию полной покорности. Ксана прижимала к груди старую, потрепанную книгу по некромантии, периодически заглядывая в неё с таким видом, будто искала там одобрения своей наставницы. Моракс же просто пускал слюну, глядя на карету с открытым ртом, идеально имитируя состояние умственного затуманивания.
Мадам Аспид наблюдала за ними с балкона, сложив руки на груди. Её взгляд был полон брезгливости и торжества.
— Входите, мои маленькие жертвы… то есть, мои дорогие ученики, — пропела она. — Постарайтесь не испачкать обивку сиденья своими когтями. Путешествие будет долгим и… поучительным.
Двери кареты захлопнулись с глухим, окончательным звуком, похожим на захлопывание крышки гроба. Как только экипаж тронулся, пространство внутри начало странно вибрировать. Воздух стал плотным и вязким, а привычный пейзаж за окнами сменился серой, безликой пустотой. Это было то самое «карманное измерение», о котором предупреждал мистер Бессмертный — ловушка, отрезающая пассажиров от внешнего мира и превращающая их в беспомощный груз.
Ваал почувствовал, как внутри него вскипает первобытный гнев. Изоляция давила на него, заставляя когти непроизвольно впиваться в обшивку из человеческой кожи. Ему хотелось вырвать дверь с петлями и вернуться, чтобы лично перегрызть горло мадам Аспид. Моракс, чье лицо всё ещё выражало блаженную глупость, начал мелко дрожать, а Ксана вцепилась в свою книгу так сильно, что её костяный переплет жалобно хрустнул.
— Не двигайтесь, — раздался в их головах спокойный, едва слышный голос мистера Бессмертного.
Дети вздрогнули. Учитель не был с ними в карете, но он оставил в их сознании ментальный «якорь» — тонкую нить связи, которая позволяла ему передавать короткие инструкции. — Сейчас вы чувствуете панику. Это не ваши эмоции, а воздействие пространства Аспид. Она хочет, чтобы вы начали метаться и изматывать себя до того, как достигнете цели. Станьте пылью. Станьте тенью.
Ваал зажмурился, представляя, как он превращается в холодный, неподвижный обсидиановый камень. Он медленно выдохнул, заставляя ярость осесть на дно души. Рядом с ним Ксана тоже замерла, её дыхание стало ровным и редким. Они сидели в полной тишине, пока карета не렀ся сквозь серый туман, и только их глаза — три пары хищных, светящихся зрачков — продолжали сканировать пустоту.
Когда карета наконец затормозила, двери распахнулись с резким свистом. Они оказались на выжженной равнине, где небо было затянуто тяжелыми, свинцовыми тучами. Перед ними стоял лагерь, который выглядел слишком чисто и стерильно для Ада: белые палатки, ровные ряды тренировочных манекенов и группа подростков в сияющих доспехах. Это были ангелы — их лица выражали смесь праведного гнева и скуки, а в руках они сжимали копья, чьи наконечники вибрировали от святой энергии.
Мадам Аспид вышла из кареты, её голос теперь звучал как приговор:
— Вот ваши мишени, юные охотники. Три дефектных демона, которые возомнили себя тактиками. Можете начинать тренировку. Смерть этих существ будет считаться за один зачет по курсу «Истребление скверны».
Ангелы-подростки с усмешками двинулись вперед, их доспехи ослепительно сверкали на фоне серого неба. Но в тот момент, когда первый из них замахнулся копьем, чтобы ударить «беспомощного» Ваала, произошло то, чего никто не ожидал.
Ваал не уклонился. Он просто открыл рот и издал звук, который не был ни криком, ни рыком — это был сжатый, сконцентрированный импульс тактического резонанса, которому их учил Бессмертный. Воздух перед ним взорвался, создав вакуумную воронку, которая буквально втянула нападавшего ангела вперед, лишив его равновесия. В ту же секунду Ксана, всё еще выглядевшая как испуганная девочка, вскинула свою книгу. Из страниц вырвались не просто заклинания, а цепи из черного пламени, которые мгновенно обвили ноги остальных охотников.
— Сейчас! — скомандовал голос в их головах.
Моракс, который до этого момента казался спящим бревном, совершил рывок, который был физически невозможен для существа его размера. Он пролетел под щитом ближайшего подростка и с хрустом вцепился в сочленение доспеха на щиколотке, свалив тяжеловооруженного воина на землю. В одно мгновение «жертвы» превратились в хищников. Дети не просто сражались — они работали как единый механизм. Ваал блокировал удары, Ксана отрезала пути к отступлению, а Моракс наносил точечные, изматывающие удары по уязвимым точкам.