— Ее подозревают в убийстве, — сказал я.
— Какой ужас! — Брагина прижала ладони к щекам. — Это правда? Она в самом деле кого-то убила?
Я устроился в кресле у стола.
— Нет, конечно. Но кто-то непременно хочет, чтобы вашу хозяйку в этом обвинили.
— Кто же это?
— Пока я не знаю.
— А что вы у меня хотели выяснить?
— Вы сможете честно ответить на мои вопросы?
— Да, смогу.
— Тогда скажите, Белецкая исправно платила бандитам?
Брагина посмотрела с удивлением:
— Ну, вы знаете, об этом как-то не принято рассказывать первому встречному...
— Не принято невиновных людей в тюрьмы сажать. Ответьте, Наталья Николаевна.
— Вы же видите — магазин цел и невредим, значит с рэкетом конфликтов нет.
— Скоропалительный вывод. Зачем уничтожать источник доходов — магазин? Достаточно просто устранить взбунтовавшуюся хозяйку, а магазин пусть продолжает приносить прибыль.
— Нет, с рэкетом никаких проблем не было.
— Значит, платила?
— Нет, не платила, — ответила Брагина и тут же отреагировала на мой удивленный взгляд: — Год назад сюда заявились местные крутые ребятишки. Спросили, кто хозяин, уединились с Викой в дальней комнате. Говорили всего пять минут, а когда уходили, у их главного было такое безмятежное выражение лица, будто бы он только что сделал Вике предложение руки и сердца, а она взяла да согласилась.
— Вы знаете, как звали этого главного?
— Да. Друзья называли его Клопом.
— Вот даже как!.. Ну а конкуренты были у Белецкой?
— Нет, конечно. Разве мы можем составить кому-то конкуренцию с одним магазином и цветочной лавкой в кинотеатре?
— А прибрать к рукам ваш бизнес никто не пытался? Дальновидные люди, знаете ли, полагают, что нельзя позволять одному падающему камешку увлечь за собой пол скалы. Этот камешек нужно остановить в самом начале, иначе — обвал. Ваш цветочный магазин — тот самый камешек, который, возможно, имеет шансы вызвать камнепад. То есть превратиться в цветочную империю.
— Да какая там империя! — отмахнулась Брагина. — Концы с концами сводим. Мы с ней мечтали, конечно, когда начинали этим заниматься, что когда-нибудь действительно создадим обширную сеть магазинов. Но мечты — это одно, а реальность... Налоги заплати, пожарникам отстегни, санэпидемстанции на лапу дай, продавщица замуж выходит — подарок сделай. Вы знаете, сколько Вика потратила только на подарки служащим? Еще один такой же автомобиль могла бы купить, наверное.
— Любят ее здесь?
— Любят? — удивилась Брагина. — Души не чают! Ну, и пользуются, конечно, все ее добротой. Недавно позвонила одна продавщица. Ой, говорит, Виктория Львовна, так, мол, и так, ребенок болеет, можно я не выйду сегодня? Вика разрешила, конечно, а я в тот день увидела, как продавщица с семейством на пикник выезжает, и ребенок у них — здоровее не придумаешь. Ну, я наутро, естественно, вызвала эту мамзель к себе, устроила втык и премии лишила. «Попробуй, — говорю, — хоть что-то против вякнуть. Виктории Львовне расскажу про твой пикник и уволю к чертям собачьим!»
— Почему нельзя было сразу все рассказать хозяйке?
— Да вы что! Она потом неделю таблетки бы глотала с расстройства. Знаете, какая она ранимая!
— И наивная, судя по вашим словам.
— Да. Прямо как девочка.
— Как же у нее получается все это хозяйство вести? — Я окинул взглядом пространство вокруг.
— Я ей помогаю. Так уж повелось с самого начала, когда мы только открылись.
— Магазин давно существует?
— Три года уже. Вика меня по объявлению наняла, мы познакомились, потом почти сдружились.
— Почти?
— Нельзя сказать, что мы закадычные подруги. Вика такой человек, она готова любого к себе в друзья записать, с ходу. Наверное, это меня и удерживает, чтобы стать ей настоящей близкой подругой. Я чего-то опасаюсь.
— Чего?
Она пожала плечами:
— Сама не знаю. Но доверяться ей во всем так же, как и она мне, не могу. Болтушка она.
— У вас много секретов?
— Не так чтобы очень, но есть. А у вас их нет разве?
— Неужели она все-все вам рассказывает о себе?
— Наверное, все. По крайней мере, мне так кажется.
— И о мужчинах?
— О них — в первую очередь, — Брагина усмехнулась.
— А не упоминала ли она некоего Тимура Джоева?
— Как же, конечно. Просто уши прожужжала. Они в марте, в Голландии познакомились, потом два-три раза Вика к нему в Москву ездила. Позавчера он должен был прилететь, но не прилетел. Как она переживала! Как расстраивалась! Когда он позвонил сюда...