Усевшись за столик, я не успел как следует оглядеться вокруг, а официантка с блокнотом уже выросла словно из-под земли. Приветливо улыбнулась моей спутнице:
— Все-таки надумала! — сказала она, поправляя на груди пластиковую карточку со своим именем. — Долго же пришлось тебя уговаривать. Итак, что будем есть-пить?
— Познакомься, Вера, — Яблочко улыбнулось ей в ответ. — Мой недавний и очень хороший знакомый — Иван Петрович. Если бы не он, ты меня еще долго здесь не увидела бы. — Она посмотрела на меня: — Что закажем?
— Я буду то же, что и ты, но, — я перевел взгляд на Веру, — двойными порциями.
Жестом я предложил девушкам заниматься меню, а сам продолжил знакомство с интерьером и сервировкой столов. Мне показались занятными фужеры на изогнутых ножках. Тонкостенные, с отливом какого-то непонятного оттенка, они были выполнены в форме ветряных мельниц. Лопасти этих «мельниц» «росли» прямо из стенок бокалов, крыш не было в помине. Но это и понятно, в противном случае посуду пришлось бы использовать не для питья, а просто для декора.
— Любопытный ресторанчик, — сказал я, подождав, пока Вера удалится выполнять заказ. — Название меня больше всего заинтересовало.
— Название Вера придумала, — сказанное Яблочком заставило меня слегка удивиться. — Она диплом по социологии пишет.
— Не понимаю.
— Рестораном ее дед владеет, вот она и попросила дедулю. Тот во внучке души не чает, так что любой ее каприз — закон для старика, и он мгновенно согласился понести возможные убытки. Ты только не подумай, что Верка обожает капризничать таким образом. Просто это ей действительно для дела понадобилось, а у деда этих ресторанов... — И медленно прикрытые ресницы дали мне приблизительное представление о количестве тех самых точек общепита.
— Однако чтобы написать диплом по социологии, нужно массу людей опросить. В данном случае это посетители ресторана. Не навязывается же она к ним с интервью.
— Бывает, что и навязывается, — Яблочко усмехнулось. — Но в основном она просто прислушивается к разговорам за столиками, а затем все в свой блокнот фиксирует.
— В тот, где заказы?
— Ага.
— Саму ее клиенты не спрашивают, почему у ресторана такое странное название?
— Случается. Но она всем отвечает, что понятия не имеет, что вывеска — дело хозяйское и так далее. Остальной персонал, кстати, говорит то же самое, если у кого из клиентов вопросы возникают. Они все — ни сном ни духом. Вера с дедом эту тему тет-а-тет обговаривала, даже родители ее ни о чем не догадываются.
— Ко мне она тоже с интервью напросится?
— К тебе — нет. Ведь ты же со мной. А меня она но станет отвлекать от приятного времяпрепровождения. То, что у тебя в голове, я ей сама передам. Завтра или на днях...
— Стоп-стоп-стопоньки! — воскликнул я с развязной улыбкой нагловатого скептика. — Интересно, каким образом ты собираешься выведать, что творится в моей голове?
Сначала был наигранно тяжелый вздох, а потом я услышал:
— Ты мне сам расскажешь. Немного погодя...
Вера прикатила сервировочный столик с заказом. Поставила перед нами приборы с холодной закуской, напитки, поинтересовалась, не нужно ли чего еще, и снова оставила нас одних.
Мы взялись за еду, Яблочко принялось посвящать меня в историю их дружбы с Верой. Девушка говорила без умолку, прерывая свой рассказ лишь во время смен блюд.
Я большей частью молчал. Во-первых, мне нравилось ее слушать, а во-вторых, я попросту ничего не ел с самого утра, если не считать десятка с небольшим «чупа-чупсов» в течение дня да одной чашки чая в офисе. Неожиданно я поймал себя на мысли, что мне начинает нравиться этот ресторан. В голове даже вопрос мелькнул: как случилось так, что ранее я ничего об этом заведении не слышал?
— Давно они открылись? — спросил я, когда Яблочко сделало небольшую паузу.
— Что? — сначала не поняла она. — Ах, открылись! Нет, недавно совсем. Еще и двух месяцев не прошло.
Десерт был уничтожен, как и все предшествующие ему блюда, с большим удовольствием. Я чувствовал себя вполне удовлетворенным трапезой, Яблочко, по-видимому, тоже; пианист тихонько наигрывал знаменитую композицию Леграна из «Шербурских зонтиков».
Подошла Вера, на этот раз снова с блокнотом, сообщила, на сколько мы поужинали. Честно говоря, я здорово удивился. Я знал, что ресторан недорогой, я видел цены в меню, но я и представления не имел, что он окажется недорогим до такой степени. Сумма, названная Верой, была по крайней мере вдвое ниже той, на какую я рассчитывал.