Но для утопающего и соломинка — бревно. Я увидел рядом с собой обломок белого кирпича с острыми краями. Поднял его, попробовал на вес. Кирпич оказался достаточно тяжелым. Даже попади мой снаряд бандиту в грудь, а не в голову, он сможет на некоторое время привести противника в замешательство. Только вот швырнуть камень нужно неожиданно резко, до того, как этот Глюк успеет прицелиться.
И я швырнул его. Я увидел тень, которую отбрасывал приближающийся Глюк на освещенное желтое пятно на траве, а затем, из-за контейнера показалось плечо бандита. Я прикинул, что он предстанет передо мной во весь рост как раз в тот момент, когда я закончу свой размах... По физике и геометрии у меня еще в школе пятерки были... Короче говоря, расчет мой оказался верным: грудь бандита только возникла передо мной, а кирпич уже находился в полете.
...Глухой звук удара кирпича был перекрыт грохотом выстрела. Над головой у меня просвистела пуля, Глюк судорожно икнул и вытаращил в недоумении глаза. Когда наконец до него дошло, что можно стрелять снова, я уже стремглав (почти как тот кирпич) несся в его направлении.
Глюк автоматически нажал на спуск, грянул выстрел, над моих ухом вновь фьюкнула пуля. В голове мелькнула злорадная мысль о том, что еще одной злодейке не суждено повстречаться с тем, с кем она намеревалась повстречаться.
...В тот миг, когда я столкнулся с бандитом, за моей спиной раздались еще два выстрела. Стрелял, вероятно, Клоп; две свинцовые болванки снова не нашли своей мишени...
Мы, в обнимку с Глюком, рухнули на багажник «ушастого» «Запорожца», припаркованного рядом. Глюк в момент падения больно ударился об этот багажник спиной. Он издал надрывный стон, а я тем временем что было сил боднул его лбом в подбородок. Голова бандита резко запрокинулась, однако увлекаться мне не стоило — сзади находился Клоп, и он продолжал стрелять. К счастью, пока безрезультатно, но каждый следующий выстрел мог запросто стать для меня роковым.
Поэтому, дабы не дразнить судьбу, я упал на колени и схватил обеими руками кисть Глюка, сжимавшую пистолет. Я приготовил себя к тому, что возня за завладение оружием продлится не одну секунду. Но, на мою удачу, Клоп за мгновенье до того, как упасть мне на колени, поймал мою спину в прицел и стал нажимать на спуск. Однако ударник спускового механизма вонзился в холодный капсюль патрона как раз тогда, когда я уже находился уровнем ниже.
Пуля, выпущенная Клопом, вошла в горло Глюку, который к тому времени почти поднялся с багажника. Он покачнулся, выронил пистолет мне в ладонь и повалился обратно, заливая старую эмаль алой кровью; несколько капель попали на лоб, переносицу и щеку. Голова мертвого бандита ударилась о заднее стекло машины, высадила его, и Глюк, перекатившись через левый бок, мешком упал на асфальт, к правому колесу автомобиля.
Оглянувшись, я увидел Клопа, шагающего в мою сторону с пистолетом на изготовку и исказившимся от ярости лицом.
...Дверь его джипа оставалась открытой. Неожиданно оттуда донесся громкий женский крик. Крик, полный ужаса и отчаяния, крик обреченной. На самой высокой ноте он оборвался — прогремели подряд два выстрела, сделалось тихо...
Ярость на лице Клопа на короткий миг уступила место удовлетворенной зловещей ухмылке, но через мгновенье лицо снова было перекошено ужасающей гримасой. Я начал подниматься с колен, разворачиваясь одновременно через левое плечо и вытягивая руку с пистолетом в направлении наступающего. Я видел, как напрягся его указательный палец на спуске, слышал, как он процедил сквозь зубы: «Я мечтал об этом много лет, сука!» — мне показалось, что черный зрачок его пистолета ободряюще подмигивает мне.
Я не успел бы выстрелить — я уже находился у Клопа на мушке, а самому мне только предстояло взять его в прицел. Палец Клопа начал поступательное движение, выстрел раздастся вот-вот, но... тут произошло нечто.
Я уже почти выпрямился в полный рост, мне оставалось разогнуть всего одно колено, и в этот момент я поскользнулся на небольшой лужице солидола.
Итак, я поскользнулся, взмахнул руками, теряя равновесие, и распластался на залитом кровью багажнике в тот момент, когда Клоп выстрелил. Пуля пролетела мимо, но обойма была уже пуста — затвор пистолета зафиксировался в крайнем заднем положении. Клоп чертыхнулся, ловко выбросил ненужную обойму, также ловко вставил новую и неприятно осклабился.