Итак, Янтарная комната — дар короля Фридриха Вильгельма I в ознаменование союза России и Пруссии — была разобрана, упакована в восемнадцать больших ящиков и морем отправлена в Мемель (ныне Клайпеда), где по приказу Петра I ее ожидала специальная миссия с обергофмаршалом во главе, чтобы доставить драгоценный груз в Россию, в Петербург. Каждый ящик погрузили в специальную повозку, которую везла шестерка лошадей.
Сначала Янтарный кабинет поместили в зимнем доме, а через пять-шесть лет — во дворце, который был предшественником современного Зимнего дворца. Янтарный кабинет дополнил петровскую коллекцию произведений искусства русских и западноевропейских мастеров и был открыт для обозрения.
В 1755 году императрица Елизавета Петровна, дочь Петра I, приказала перевезти Янтарный кабинет в Царское Село — здесь отстраивалась летняя резиденция русских монархов. Пребывание в Янтарном зале Екатерининского дворца (названного в честь супруги Петра, Екатерины I) воспринималось современниками и их потомками как величайшее наслаждение.
Посмотрим же теперь на Янтарный зал глазами тех, кто видел его воочию.
«Стиль Янтарной комнаты... представляет собой смесь рококо и барокко, и эта комната — подлинное чудо не только из-за высокой ценности материала, искусной резьбы и легкости архитектурных форм, но, главным образом, из-за прекрасного, то темного, то светлого, но непременного теплого тона янтаря, который придает всему убранству невыразимую прелесть.
Стены зала покрыты мозаикой из полированных кусочков янтаря, неодинаковых по размеру и по форме, но сохраняющих постоянный коричневато-желтоватый колорит. Резные янтарные рамы с рельефами делят стены на отдельные участки, где выложены четыре мозаики — римские пейзажи с аллегорическими изображениями четырех из пяти человеческих чувств.
Этот хрупкий, ломкий материал выглядит так, будто он специально создан для передачи барочных форм орнамента, а рамы и панно, сверх того, украшены еще барельефами, маленькими бюстами, гербами, воинскими трофеями и т. п.
Весь декор производит приятное впечатление при солнечном свете и при свечах. Янтарная облицовка, пожалуй, более всего напоминает мрамор, но начисто лишена мраморной торжественности и холодности — и, конечно, она значительно превосходит красотой отделку из любого, самого драгоценного «дерева».
«Европа всем обязана Германии»
1933 год. Прошло несколько месяцев с того дня (30 января), как Гитлер был назначен рейхсканцлером. На площадях немецких городов фашисты жгут книги.
Было конфисковано около 16 тысяч произведений живописи и скульптуры. Часть из них продана за границу (Германия очень нуждалась в валюте!), часть обменена на произведения старых мастеров (фюрер чтит духовные традиции).
Наведя таким образом порядок у себя дома, нацисты обратили взоры за пределы Германии.
Под лозунгом «Европа всем обязана Германии» фашизм начинает готовиться к войне против европейской культуры. Разрабатывался этот план с истинно немецкой обстоятельностью. Прежде всего нужны были точные сведения о том, где располагаются наиболее ценные сокровища мировой культуры в соседних странах, включая СССР, и какие конкретно произведения хранятся в том или ином музее. Немецкие искусствоведы — одни напрямую, другие косвенно — начали работать на разведку.
За конфискацию польских ценностей отвечал Г. Гиммлер. Собственную коллекцию в охотничьем замке собирал Герман Геринг. Интересовался он и польскими «находками». По его приказу через доверенное лицо часть награбленного была собрана в Кракове и ожидала приезда рейхсмаршала, который желал лично произвести отбор.
О планах Геринга узнал секретарь Гитлера Мартин Борман и позаботился, чтобы все ценное в Кракове было зарезервировано для музея в Линце под грифом «Прерогатива фюрера».
Польша была разграблена подчистую. Почти половина польского культурного достояния пала жертвой фашистских оккупантов.
В 1941 году вместе с немецкой военной машиной через границу Советского Союза перевалило еще одно войско — полчища оккупационных органов, в том числе и «культурных».
В районе действий группы армий «Север» имел хождение особый список, включавший 55 объектов с точным указанием местонахождения; из них — 17 музеев, 17 архивов, 6 церквей и библиотеки. 20 июля Гитлер поинтересовался предполагаемыми размерами советской «культурной дани» и издал специальный указ о том, что «Прерогатива фюрера» распространяется «...на все оккупированные немецкими войсками области, то есть как на уже занятые восточные области... так и на те русские территории, которые еще предстоит занять».