В прошлом году был казус: за одним братком охотились киллеры. Где спрятаться? Браток справедливо решил, что лучше тюрьмы места нет. Уговорил свою подружку изобразить жертву сексуального нападения. Якобы он напал. Поставил ей синяк, разорвал платье и отправил в милицию. Его арестовали. Подружке он велел через какое-то время признаться, что она ошиблась, с кем-то его перепутала. Нет потерпевшей — нет преступления. Его выпустили.
— Макарыч, я никогда не спрашивал. Почему ты не женат?
— В свое время хлебнул этого счастья.
— И что?
Он замешкался. Кому охота вспоминать неудачные браки? Но брак, тем более неудачный раскроет человека, как распахнет.
— Сергей, не женитьба была, а цирк. Тебе-то будет интересно, поскольку чертовщиной интересуешься. А моя женитьба про нее, про чертовщину. То есть про судьбу.
— На ведьме, что ли, женился?
Говорить серьезно с человеком, который судьбу обозвал чертовщиной, не стоило. Но все-таки почему он свою женитьбу связал с чертовщиной, то есть с судьбой? Я поежился нетерпеливо.
— Сергей, девятнадцать мне исполнилось. Это к тому, что дурак я был расфасованный. Встречали мы веселой компашкой Новый год. Через час — куранты. Сидим за столом, и кого-то черт дернул нас пересчитать — тринадцать человек. А есть народная примета: за столом тринадцать — значит, быть беде. Что делать? Найти четырнадцатого. Мне выпало искать, потому что я был беспарный. Где искать? Кто-то из ребят выглянул в окно — в полуосвещенном и пустом сквере на скамейке сидела девушка...
Макарыч умолк. Рассказывать дальше ему, похоже, не хотелось. А почему? Я уже предвкушал интересную романтическую историю.
— Сергей, как ты уже догадался, вышел я к ней, поговорил. Грядущая праздничная ночь располагала. Я изложил свою проблему. Она не просто согласилась, а прямо-таки пришла в восторг. Тем более что у нее сложилась проблемка весьма похожая: она разругалась и ушла от плосколобого козла.
— От кого?
— От козла плосколобого, от жениха. И деваться ей вроде бы было некуда. Я привел ее в нашу компанию. Девушка оказалась ну просто полный шопинг-гламур: глаза черные, локоны желтые, кожа белая, губы красные... Стройная, худенькая, а грудь прет вперед бампером. Веселая, анекдоты выдает, на гитаре бренчит... И звать просто — Елизавета...
Казалось бы, приятные воспоминания, а лицо Макарыча все больше хмурилось, чем глубже он в них погружался. Я попробовал нащупать причину его недовольства:
— Утром она ушла?
— Нет, праздники же до тринадцатого.
— Ага, она ушла четырнадцатого.
— Нет, Елизавета не ушла, а перешла в мою квартиру.
— Э-э-э, временно пожить?
— Постоянно, потому что я женился на ней.
Я чуть было не спросил: «По любви?» А почему бы и нет? История знает множество эпизодов мгновенной любви и скоротечных браков. Только подобная страсть, сильная и безрассудная, не шла деловитому, рассудительному и спокойному буровику.
— Сергей, дальше рассказывать?
— А как же? — Я полагал, что самое интересное должно быть именно дальше.
— Моя мама была еще жива, она хлопотала по хозяйству, а Елизавета кушала и бренчала на гитаре. Ровно через месяц к нам пришел крепыш в кепарике. И хоть рожек я не увидел, но лоб у него был плоским. Плосколобый козел. Он заявил, что пришел за Элизабет. Я хотел было сорвать кепочку и пощупать ему рожки, но он меня охладил: оказывается, Елизавета работала в стриптиз-баре, в его бригаде... Значит, он — ее сутенер, потому что этот стрип-бар был скрытым борделем. Элизабет взяла гитару и пошла за ним, как коза за козлом. А я дал зарок — больше не жениться.
Макарыч долго говорил о любви и ошибках юности. Но ведь некоторые поступки нельзя совершать даже в девятнадцать. Например, жениться на неизвестной особе из сквера... Или это тоже шаг судьбы? Откуда я взял, что судьба непременно должна быть со знаком «плюс»? А если она когтистая? Она ведь еще и зубастая, она может и бивнем наподдать...
Но выслушанный рассказ ничего мне не объяснил: нелепая женитьба была лет пятнадцать назад.
— Макарыч, какая связь между твоим забытым браком и поступком уборщицы.
— Никакой. Ю просто балду пинала.
Над таким вариантом стоило подумать. Сколько и чего она напинала, я видел. Как пинала — тоже понятно. Кого пинала? Балду, то есть Макарыча.
— За что пинала-то?
— Серега, я отвечаю за санитарное состояние офиса. Сделал Ю внушение: плохо убирает, пылесос сломала, птицы в столах, помет на компьютере... Вот она и рассвирепела.