— Не обращай, милок, внимания, — сказала сколопендра, придержав меня за локоть. — Мало ли кто как выражает свои эмоции.
Она глянула вверх и прищелкнула губоножками, как пальцами. К нам подплыл радужный воздушный пузырь, посмотрел на меня нарисованными глазами, сморщил нарисованный нос и лопнул, окропив тающим на одежде разноцветным конфетти. Запахло озоном, и чесночный запах пота звероящера исчез.
«Универсальный одоратор», — сообразил я. Мало ли чем от какого пришельца воняет...
— Так как, милок, — вновь на цыганский манер принялась обрабатывать меня сколопендра, — будущее хочешь знать али прошлое осознать?
— Свое прошлое я и без тебя знаю.
— Знание и осознание, милок, разные понятия.
— Ой ли? — фыркнул я.
— Было бы одно и то же, не было бы двух слов, — назидательно заметила сколопендра.
— И что же мне в своем прошлом нужно осознать? — скептически поморщился я.
— Кем ты был и кем стал, — сказала сколопендра. — А когда поймешь, кем стал, тогда и будущее перед тобой откроется.
— Светлое и лучезарное, — скептически продолжил я и передразнил: — А пока будет у тебя, милок, счастье, а будет и несчастье.
Сколопендра неопределенно повела головой, взгляд темных глаз потускнел.
— М-да... — разочарованно протянула она. — Ошибся Карла, не созрел ты еще. Рано тебе претендовать в миракли.
— Не очень-то и хотелось.
— Темнота... Не понимаешь, что теряешь.
Я знал, что потерял, но признаваться в этом какой-то сколопендре не собирался. Я себе не отваживался признаться. Не имело это никакого отношения к мираклям и Дню Пришельца.
Сколопендра начала пятиться, опускаясь на все ноги.
— Дам тебе совет, Сергей Владимирович Короп, — сказала она, отбросив фривольное «милок». — Прокатись на американских горках, авось обрящешь, что потерял.
Сколопендра развернулась и настолько стремительно юркнула в толпу, что мгновенно скрылась между ногами пришельцев. Да, будь у меня тысяча ног, тоже бы бегал, как... Гм... Если бы в ногах не запутался.
За спиной с грохотом пронесся очередной болид американских горок, я обернулся и проводил его взглядом. Скорость была сумасшедшей, рельсы ходили ходуном, арочные мачты, к которым крепилось полотно подвесной дороги, сотрясались крупной дрожью. Не напрасно пришельцы старались держаться подальше от американских горок. Если болид сорвется с рельсов, то не желе из пассажира будет, а первоклассный фарш.
В сердце снова кольнуло, и я потерянно оглянулся, ища глазами сколопендру, которой давно след простыл. Что она имела в виду?! Не верил я в предсказания гадалок, пусть и в виде гигантских инопланетных сколопендр, — прослушал в свое время спецкурс «Принципы психологической обработки клиента гадалками, предсказателями, медиумами и астрологами». Желающий быть обманутым да будет обманут. Знал я, как напускается туман на витиеватые предсказания, когда «казенный дом» может оказаться как тюрьмой, так и дворцом бракосочетания, знал, как ненавязчивыми завуалированными вопросами по мимике клиента определяется, женат он или нет, имеются ли у него дети, какого пола, возраста... Мечтает ли клиент о неземной любви или о продвижении по службе... Знал я все это. Хорошо знал.
Но сердцу не прикажешь...
Глава одиннадцатая
Что-то с американскими горками было не так. На первый взгляд они ничем не отличались от аналогичного аттракциона любого земного Луна-парка, и все же в них было что-то необычное. Карусель, с которой совершил «выкидон» в неизвестность апатичный миракль, также по виду ничем не отличалась от обычной земной карусели, поэтому я был уверен, что ни один из аттракционов не обходится без этакой «изюминки».
Болиды с грохотом проносились по рельсам, ныряли с горок, закладывали крутые виражи; пришельцы в болидах орали инопланетным благим матом то ли от ужаса, то ли от восторга; я наблюдал за ними и никак не мог понять, в чем заключается «изюминка» для пришельцев и подвох для меня. Зато когда перевел взгляд на медленно вращающееся колесо обозрения, то почти сразу разгадал его секрет. По мере того как гондолы поднимались все выше, пришельцы то в одной, то в другой гондоле взрывались восторженными криками и начинали показывать вниз разнообразными конечностями: руками, псевдоподиями, крыльями, щупальцами, ластами. Затем на некоторое время затихали, но стоило гондоле подняться метра на два выше, как все повторялось, будто внизу каждый раз открывалась все новая и новая панорама. Очередной выверт технологии отражений...
Я снова посмотрел на американские горки и наконец-то заметил «изюминку». Каплеобразные болиды были разного цвета, однако из-за бешеной скорости, вибрации, дикого грохота и воя их раскраска нивелировалась до такой степени, что цвет привлекал внимание в самую последнюю очередь. Именно цвет болидов и выдал секрет американских горок. Проходя на огромной скорости под арками крепежных мачт, болид менял цвет, а когда я внимательно вгляделся, то понял, что на самом деле меняется не цвет, а сами болиды вместе с пассажирами. Как будто в арке крепежных мачт стояла невидимая мембрана, в которую с одной стороны входил один болид с пассажиром, а с другой стороны, синхронно с первым болидом, выходил новый с иным пассажиром. Куда же пришельцев забрасывает и откуда они потом выныривают?
Наблюдение и анализ — основа любого научного исследования, и уфология в этом не исключение. Поэтому я попытался вначале собрать как можно больше статистических данных на основе наблюдения, чтобы потом сделать первичный анализ.
Я выбрал желто-зеленый болид и принялся за ним наблюдать с самого старта. Исчезнув после разгона в первой арке, он появился из нее же после того, как оттуда с интервалом в три минуты выскочило четыре других болида. Из второй арки он появился после восьми болидов, из третьей — после пяти болидов, из четвертой — после шести. Вторым болидом, за которым я пронаблюдал, был серебристо-стальной. Исчезнув в первой арке, он появился из нее после трех болидов, из второй — после девяти, из третьей — после двух, из четвертой — после пяти. Я пронаблюдал еще за несколькими болидами все двенадцать арок и понял, что математической логике их исчезновение-появление не поддавалось. В этом Луна-парке вообще ничто не поддавалось никакой логике — ни аттракционы, ни поведение пришельцев... ни мое собственное поведение. Вокруг бурлила толпа пришельцев из многих галактик, а я спокойно, не обращая на них внимания, пытался вывести алгоритм исчезновения-появления болидов американских горок сквозь телепортационную мембрану. Дурдом полный. Или полная адаптация к дурдому?
Все же кое-что я выяснил. Во-первых, болиды появлялись из тех же мембран, в которых исчезали, то есть геометрия земного пространства не искажалась. Не бог весть что, но и на том спасибо. Во-вторых, рано или поздно, но болиды приходили к финишу, и из них выбирались пришельцы. Кто вел себя весело и жизнерадостно, кто — спокойно и уравновешенно, а кое-кого служителям приходилось вынимать, и эти имели такой вид, будто не катались на американских горках, а посетили «Пещеру Ужасов». Но все были целыми и невредимыми.
И почему сколопендра посоветовала прокатиться на американских горках, а не на колесе обозрения? Там вроде бы попроще... Я с тоской посмотрел на колесо обозрения и побрел занимать очередь на американские горки. Не знаю, получится ли обрести то, что потерял, но пренебрегать призрачным шансом не стоило. А вдруг?
— Один желаете прокатиться или с кем-нибудь вдвоем? — поинтересовался служитель, когда подошла моя очередь.
— Один.
— Приложите палец по центру, — протянул мне служитель черный пластиковый квадрат, похожий на дискету.
— Какой? — смешался я.
— Любой.
Я ткнул указательным пальцем в дискету.
Служитель посмотрел на нее и затараторил:
— Млекопитающее органического состава, аэродышащее кислородно-азотной смесью. Допустимые температурные пределы в течение получаса: от минус пятнадцати до плюс тридцати пяти градусов по местной шкале. Допустимые нагрузки: от невесомости до кратковременных трехкратных от обычной силы тяжести планеты обитания. Рекомендуется максимальная защита от радиационного излучения. Местный ритуал проводов... Так, это уже для меня. Я правильно зачитал резюме, ничего не перепутал? Бывают, знаете ли, сбои...